Ты есть

Я поставила чашку на журнальный столик, а сама открыла шкаф в поисках теплого пледа.

Плед обнаружился быстро, он лежал с самого края. Я укутала им Леську. Надеясь, что она проспит долго.

Больше здесь я задерживаться не могла, и вышла, прикрыв дверь. По тропинке ко мне спешил Максим.

– Как она?

Я пожала плечами.

– Нормально. Спит.

– Быстро она вырубилась. Но это ей на пользу.

– Согласна.

– Пойдем, нас там потеряли. И так уже подтрунивают, что мы пропали на пару…

И он как-то так непристойно ухмыльнулся, точно его это позабавило от души."

"А я разозлилась, словно во мне что-то надорвалось внутри. Сама не поняла как, но его ухмылка вывела меня из себя, и я не придумала ничего умнее, как от души толкнуть его в плечо.

Тут-то я и оплошала…

Макса-то толкнуть я толкнула… Но про отдачу совсем забыла…

Нога поскользнулась, и я куда-то поплыла, нелепо взмахивая руками. Сработал инстинкт самосохранения, и мне удалось в последний момент ухватиться за руку Максима. Или он сам меня схватил?

Уже не важно – итог был один.

Мы оба оказались на земле. Причем Максим умудрился каким-то образом расположиться на мне сверху.

– Ох…

– Чеерт…

У меня перехватило дыхание и от самого падения, и от того, что Максим придавливает меня своим телом. И как назло его лицо оказалось в непозволительной близости от моего…

На улице благодаря множеству гирлянд и фонарей освещения хватало. И я отчетливо видела, как сузились глаза Макса. Он больше не смеялся и не подтрунивал надо мной.

– Мы удачно упали, – прошептал он, не сводя взгляда с моих губ.

У меня сердце перестало биться в груди.

– Это ты свалил меня.

– Почему ты всегда пытаешься выставить меня виновным?

– Потому что так и есть…

Мы разговаривали шепотом, но звук его голоса меня оглушал.

– Ну-ка, признайся, малолетка, тебя заводит, что я сверху?

Я оторопела от его признания.

– Ты чего…

– И ещё… Если я тебе вдую прямо тут, ты сильно будешь сопротивляться?

– Что? – это вырвалось у меня шипящим шепотом.

Но голос Алексея Максимовича прозвучал, как раскат грома среди ясного неба.

– Молодежь, чем вы тут занимаетесь?

Если бы я могла, то подскочила бы, как ошпаренная. Но это было сделать проблематично, учитывая, что на мне удобно расположились килограмм этак девяносто пять.

Появление отца нисколько не смутило Максима. Он хмыкнул, покачал головой, а потом ловко, опираясь на руки, поднялся. Не забыв – а в нем сегодня определенно проснулись джентльменские задатки – прихватить меня.

Меня хоть и поставили на ноги, но держалась я на них с трудом…

– Юля упала и потянула меня за собой, – как ни в чем не бывало заметил Максим, стряхивая с себя снег.