Ты для меня? (СИ)

Слишком мощным гейзером они рванули наружу:

— Вот спасибо, папочка родной! —  Недовольно буркнула, подлетая к телефонному аппарату. — Успокоил, так успокоил!

— Дочка?

— Пока еще дочка! —  Отрезала стальным тоном. — Как надумаю сменить пол или ориентацию, приеду за разрешением!

— Малышка, ты чего такая…нервная? —  Недоуменно. Обескуражено. — Не с той ноги встала, или голодная?

— Это не нервы, Константин Владимирович, — зашипела, демонстрируя всю силу своей обиды, — это отсутствие ЦАРЯ В ГОЛОВЕ!

— Лера…

— Знаешь же, я ненавижу когда ты так говоришь! —  Продолжала вредничать.

И черт его знает, почему хотелось реветь из-за столь незначительной мелочи.

Подумаешь, с обрыва прыгнула разок, да соседей случайно подожгла…и что, сразу безбашенная?

— Ну, прости! —  Его голос заметно потеплел, и обволакивал теперь своей нежностью. —  Лишнего сболтнул. Не отрицаю. Просто, как и всякий отец…я волнуюсь. А ты все не можешь этого понять. Вот родишь своих, тогда и вернемся к разговору.

Обыденная фраза. Обычная интонация. Но, Дьявол, как же резануло по обнаженному нутру!

Не рожу…но как тебе в этом признаться?

Почуяв ее замешательство, Герман оказался рядом в несколько шагов. Мягко опустил руки на ее плечи.

— Все хорошо? —  Шепнул тихонько.

Не без труда взяла эмоции под жесткий контроль. Пришлось побороться за самообладание. Несколько раз глубоко вздохнула, и кивнула Давыдову в ответ.

Конечно, от них будут ожидать наследников. И даже требовать.

Все логично…и к этому нужно…просто привыкнуть!

— Договорились! —  Громко «вернула» уже родителю. —  А, до того момента я не желаю больше…

Резко замолчала, припомнив вдруг одну шокирующую деталь.

— Погоди! —  Взволнованно. С придыханием. — Как это…выхватил из костра несколько папок? Ты что…их сохранил?

— Вот только не начинай заново свою шарманку! У меня сердце кровью обливалось …

— Ты их сохранил? — Повторила с нажимом. —  Да или нет?

— Да. В сейфе лежат.

Она уже не могла спокойно устоять на месте, потому нетерпеливо переминалась с ноги на ногу.

— Пап, я помню все свои работы. Каждая папка должна быть подписана. —  Голос дрогнул от волнения. —  И сейчас мне нужно знать, что уцелело!

Он не задавал более вопросов. Тонко прочувствовал серьезность момента, и важность для нее. По ту сторону трубки послышался шум, чем-то напоминающий звук отъехавшего в сторону офисного кресла. Тяжелые шаги. Затем раздался лязг металла, и скрежет ключа в замочной скважине, свидетельствующий об открытии сейфа.

— Ну и подчерк, Лера! —  Сокрушался отец, пытаясь разобрать ее каракули. —  У курицы, и то понятнее. Стыдоба!

— Папа!

— Секунду! —  Тяжелый вздох. —  От…пад? А, нет. «Листопад».

— В топку.

— Какой-то блюз…

— Туда же.

— «Грация».