Ты для меня?

Еле успел из этой полыхающей кучи несколько папок выхватить!

В кабинете воцарилась гробовая тишина, прерываемая лишь сладким сопением крепко спящего на кожаном диване Антона. Но даже нежелание будить мальчугана, не помогло Лере сдержать бушующих эмоций. Слишком мощным гейзером они рванули наружу:

— Вот спасибо, папочка родной! —  Недовольно буркнула, подлетая к телефонному аппарату. — Успокоил, так успокоил!

— Дочка?

— Пока еще дочка! —  Отрезала стальным тоном. — Как надумаю сменить пол или ориентацию, приеду за разрешением!

— Малышка, ты чего такая…нервная? —  Недоуменно. Обескуражено. — Не с той ноги встала, или голодная?

— Это не нервы, Константин Владимирович, — зашипела, демонстрируя всю силу своей обиды, — это отсутствие ЦАРЯ В ГОЛОВЕ!

— Лера…

— Знаешь же, я ненавижу когда ты так говоришь! —  Продолжала вредничать.

И черт его знает, почему хотелось реветь из-за столь незначительной мелочи.

Подумаешь, с обрыва прыгнула разок, да соседей случайно подожгла…и что, сразу безбашенная?

— Ну, прости! —  Его голос заметно потеплел, и обволакивал теперь своей нежностью. —  Лишнего сболтнул. Не отрицаю. Просто, как и всякий отец…я волнуюсь. А ты все не можешь этого понять. Вот родишь своих, тогда и вернемся к разговору.

Обыденная фраза. Обычная интонация. Но, Дьявол, как же резануло по обнаженному нутру!

Не рожу…но как тебе в этом признаться?

Почуяв ее замешательство, Герман оказался рядом в несколько шагов. Мягко опустил руки на ее плечи.

— Все хорошо? —  Шепнул тихонько.

Не без труда взяла эмоции под жесткий контроль. Пришлось побороться за самообладание. Несколько раз глубоко вздохнула, и кивнула Давыдову в ответ.

Конечно, от них будут ожидать наследников. И даже требовать.

Все логично…и к этому нужно…просто привыкнуть!

— Договорились! —  Громко «вернула» уже родителю. —  А, до того момента я не желаю больше…

Резко замолчала, припомнив вдруг одну шокирующую деталь.

— Погоди! —  Взволнованно. С придыханием. — Как это…выхватил из костра несколько папок? Ты что…их сохранил?

— Вот только не начинай заново свою шарманку! У меня сердце кровью обливалось …

— Ты их сохранил? — Повторила с нажимом. —  Да или нет?

— Да. В сейфе лежат.

Она уже не могла спокойно устоять на месте, потому нетерпеливо переминалась с ноги на ногу.

— Пап, я помню все свои работы. Каждая папка должна быть подписана. —  Голос дрогнул от волнения. —  И сейчас мне нужно знать, что уцелело!

Он не задавал более вопросов. Тонко прочувствовал серьезность момента, и важность для нее. По ту сторону трубки послышался шум, чем-то напоминающий звук отъехавшего в сторону офисного кресла. Тяжелые шаги. Затем раздался лязг металла, и скрежет ключа в замочной скважине, свидетельствующий об открытии сейфа.