Ты будешь просить еще

А вот отец посмотрел как-то иначе и такой его взгляд мне понравился.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Молодец, — улыбнулся папочка. — Не ожидал, но ты меня приятно удивила. Посмотрим, что будет дальше. Доброй ночи, дети, — мне достается поцелуй в лоб и крепкие обнимашки, Филу пожатая ладонь и растрепанные волосы с замечанием, — Постригись уже.

— У меня тоже свобода! — напоминает братишка.

— Ага, я помню, — довольный до невозможности папа уходит наверх, и мы слышим оттуда. — Кейти! Я тебе сейчас такое расскажу! — синхронно закатываем с братом глаза и тоже тащимся к себе.

— Все разборки завтра, — пытаюсь закрыть дверь перед носом Филиппа. — А лучше послезавтра. Выйди, а. В душ хочу и спать. Устала! — смотрю на кровать и думаю, что даже душ — лишнее звено в этом списке.

Глава 17. София

И все бы ничего, но стоило лечь, как мозг сказал: «Привет, потолок. Давно не виделись!» и направил распахнутые глазки строго в него. Вот и чего там интересного, спрашивается? Ничего! Белый, ровный, даже паутинки нет, чтобы за нее можно было зацепиться сознанием и перестать упорно видеть красивого дракона, у которого почему-то зеленые глаза, хотя я точно помню, что татуировка на ноге Давида полностью черная. А еще интересно, куда уехал Феликс. У меня стойкое ощущение, что мне рассказали не все. Ну не верю я, что на машину за восемьдесят миллионов можно заработать, ремонтируя тачки и гоняясь по ночам. И если бы я не видела этот гараж… Точно нет!

Любопытство сосет где-то в желудке напоминая, что поесть было бы неплохо и так как я уснуть все равно не могу, надо закинуть в себя еды и все же помыться."

"Кухня встретила меня тишиной и уютными каплями воды, равномерно стучащими по раковине. Закрутила его плотнее, чтобы не мешал думать. Сделала себе бутерброд с помидоркой и кусочком ветчины, стала машинально листать пальцем туда-сюда контакты в мобильном. А еще надо бы составить план предстоящей работы. Перерыть все конспекты, вспомнить, чему я успела научиться на редких посещениях универа. Ведь чему-то должна?

Я же слушала, даже писала и помнится, было интересно, но ежедневная рутина быстро все уничтожила, заменив на клубы, прогулки с друзьями и частые перепалки с отцом. Филиппу нравится работать в семейном бизнесе, он лет с десяти все мечтал, что отец возьмет его к себе. Вот дождался, папина гордость! Только не в те дни, когда брат жестко косячит, как это было в последний раз. С него, как с мужчины, спрашивают всегда тоже жестко, иногда больно, по всегда по делу.

— Не спишь? — в кухню, где я, стоя за барной стойкой, так и не приступила к поеданию бутерброда, вошел отец. Какой-то сильно уставший, осунувшийся и ужасно родной.