Ты будешь просить еще

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 14. София

Каждое прикосновение Давида отражается в глазах Лекса. Мужчина обнимает меня разжигая пожар внизу живота, Феликс добавляет в него горючего. Я снова плотнее сжимаю ноги лишь почувствовав их запах. Это ведь ненормально. Я никогда так не хотела мужчин, а сейчас надеюсь, что мне удастся не застонать от прикосновений рук одного и глаз другого. Еще немного и Лекс сорвется с места, чтобы оттащить друга. Это читается в его взгляде, злом, возбужденном, надменном.

Голый торс Давида — это отдельное произведение искусства. Мне плевать, что он только что вылез из-под машины, я жмусь к нему, будто вижу не третий раз в своей жизни. Уверена, он слышит, как громко бьется мое сердце. Он говорит со мной, а в моей голове вакуум. Чтобы собрать себя в кучу, насильно толкаю в мозг воспоминания о том, что у меня теперь совсем нет денег, это немного отрезвляет. Рука мужчины сжимает на спине мою рубашку задевая через ее ткань обнаженную спину. Отвлекаюсь на рисунок на его руке, чтобы не поддаться этому соблазну, не доставить им такого удовольствия.

Давид, добившись от меня ответа на свой вопрос, отходит. Становится холодно, хочу вернуть его обратно и спрятаться от Лекса. Кажется, этот тип одним своим голосом может заставить меня стонать.

— Покажи мне мастерскую, — беру Давида за руку и тяну вглубь, искоса глядя на его недовольного друга.

— Я покажу, ему нужно закончить эту машину сегодня, — заявляет Феликс, слезая с капота.

— А что будешь делать ты? — встаю за плечо зеленоглазого афродизиака.

— Я свою часть здесь уже сделал. Идем, — протягивает мне раскрытую ладонь. Нервно сглотнув, руку в ответ не дала, просто побрела следом. Он хмыкнул, но возражать не стал. Правильно, куда я денусь с подводной лодки. Наслаждайся! Чтобы прекратить поддаваться желаниям своего тела, решила задолбать его вопросами.

— Мастерская -это хобби? — начала с безобидного.

— Нет, работа. Осторожно!!!— ловит, когда я спотыкаюсь о какой-то кусок трубы.

— Пусти, — дергаю рукой.

— Благодарить за помощь тебя, видимо, не учили, — он отпускает и идет вперед.

— Это не помощь, — заявляю в его широкую спину. — Это рефлекс! Был бы ты чуть дальше, не поймал и я бы рассекла колено. Это в лучшем случае! — его ноздри забавно раздуваются от возмущенного сопения. Он сейчас похож на быка, перед которым машут красной тряпкой. Кольца в носу не хватает для полноты картины.

— То есть, ты хочешь сказать, что на ремонте всякого барахла заработал на свою машину. Да-да, — улыбаюсь ему. — Я знаю, сколько она примерно стоит. И сколько стоит тачка Давида могу предположить.