Ты будешь наша

Я ведь так старалась держать его на плаву, не дать нас закрыть, объявив банкротами! Да, я выполняю работу, которая не входит в мои обязанности, но я решила, что лучше сэкономлю на этом, чем на продуктах или чём-то ещё, что может испортить нам репутацию или, не дай Бог, навредить клиентам.

Наш ресторан можно сравнить с несчастной женщиной. Дома у неё может быть ад, но на людях она всегда выглядит счастливой. Мы, несмотря на печальную ситуацию, смогли держать лицо, скрыв имеющийся проблемы. Как всегда говорил мой папа – нельзя выносить сор из избы. И я старалась, чтобы место, которое стало мне домом, выглядело как в лучшие его времена.

И что в итоге я получаю? Оскорбления и унижения перед, считай, своими детьми. Потому что ресторан – мой дом, и, естественно, его сотрудники – мои дети.

Кто они такие, чтобы позволять себе подобное? Мажоры, которым папочка дал денег на развлечение. Виновата ли я? Нет. Со мной с первой минуты знакомства обращались, как с ничтожеством, и их стоило поставить на место. Ладно, одного из них, потому что Дмитрий, судя по всему, не конфликтный. Ну, или ему плевать на всё, он развлекается, как может."

"Успокоившись немного, я захожу на сайт подержанных автомобилей и прикидываю за сколько смогу продать свою машину. Главное сейчас – папа и первый взнос за операцию, чтобы нам не отказали, а дальше я придумаю, что делать.

– Ну конечно, чем ещё заниматься на рабочем месте, – раздаётся уже ненавистный голос надо мной.

Глава 9

Роман

Дверь нашего с Димой нового кабинета с грохотом закрывается, и подчинённая удаляется. Ну и особа! Моё чутьё подсказывает, что она знатно потреплет мне нервы. Но я не намерен терпеть её истерики. Продолжит себя так вести, я быстро сниму корону с её головушки.

– Ты не слишком жесток? – раздаётся голос моего лучшего друга и партнёра по бизнесу.

– Нет! – резко отвечаю. – А тебя устраивает такое поведение? Кто так с начальством разговаривает? Она должна наизнанку выворачиваться, чтобы угодить и мне, и тебе, – раздражённо проговариваю, вспоминая её острый язычок.

– Начальством здесь была она до нашего появления. Ей сложно с этим смириться, – на какой-то чёрт оправдывает эту выскочку друг.

– Мне глубоко плевать, сложно ей или нет. Теперь мы её начальство, и она должна нам подчиняться, – чуть ли кулаком по столу не бью.

– Прости, друг, но мне кажется, что ты её провоцируешь, – усмехается Дима, подкидывая дров в огонь.

– В каком месте? Ты видел, что она только что сделала? Ты бы позволил себе такое? Нет, – выпаливаю на одном дыхании.

Только одному Богу известно, как сдержался и не выскочил за ней. Не прижал к стенке, не сжал её тонкую шейку и не высказал пару ласковых. Ладонь чешется выпороть её и научить манерам.

– Но девушка права, – продолжает друг.