Ты боишься темноты?

– Я так горжусь тобой! Не представляешь, насколько сильно!

– Миссис Хьюстон, помните, я когда-то спросила, чем могу отблагодарить вас? Вы ответили, что лучшей благодарностью будут мои снимки в журналах. Это вам.

И Келли вложила всю стопку журналов в руки миссис Хьюстон. Тут были «Элль», «Космополитен», «Мадемуазель» и «Вог». И на обложке каждого была Келли.

– Я так счастлива! – просияла миссис Хьюстон. – Но хочу кое-что тебе показать.

Она подошла к столу, нагнулась и вытащила груду таких же журналов.

Келли смутилась.

– Господи, я никогда не смогу отблагодарить вас как следует! Ведь именно вы изменили мою жизнь!

– Нет, Келли, ты сама изменила свою жизнь. Понадобился лишь небольшой толчок. И этот толчок – дело моих рук. Больше ничего. Кстати, Келли…

– Что?

– Только благодаря тебе я тоже стала следить за собой."

"Поскольку Келли больше всего на свете ценила уединение, слава иногда казалась обременительной. Мало того что ее постоянно осаждали толпы назойливых фотографов и репортеров, так у нее еще постепенно развилось нечто вроде фобии к встречам с незнакомыми людьми. Она терпеть не могла, когда очередной почитатель пытался с ней познакомиться. Ей нравилось быть одной.

Как-то она обедала в ресторане «Ле-Сен» отеля «Георг V». Какой-то уныло одетый мужчина, проходя мимо столика, неожиданно остановился и уставился на нее. Келли заметила в его руке экземпляр «Элль», открытый на странице с ее фото.

– Простите, – пробормотал незнакомец.

Келли раздраженно поморщилась:

– В чем дело?

– Я видел ваши… прочитал статью о вас, и там говорится, что вы родились в Филадельфии, – с энтузиазмом пояснил мужчина. – Я тоже там родился, и когда увидел снимки, почувствовал себя так, словно мы давно знакомы.

– Вы ошиблись, – холодно обронила Келли. – Кроме того, я не люблю, когда посторонние меня беспокоят.

– О… простите, – поперхнулся он. – Я не хотел… я не чужой… то есть меня зовут Марк Харрис, и я работаю в «Кингсли интернэшнл». Вот увидел вас здесь… и подумал… а вдруг вы не любите обедать одна, и я мог бы составить вам компанию…

Келли окинула его уничтожающим взглядом:

– Спасибо, не стоит. А теперь я попросила бы вас уйти.

– Я… я не хотел вам мешать, – заикаясь, уверял он. – Просто… – Но, увидев выражение ее лица, отступил: – Я ухожу.

Келли проводила взглядом странного поклонника. Что ж, скатертью дорога!

Предстояла неделя показов для нескольких модных журналов. На следующий день после встречи с Марком Харрисом, когда Келли меняла в гардеробной очередное платье, посыльный доставил три дюжины роз с карточкой, на которой было написано:

«Пожалуйста, простите за то, что побеспокоил вас.

Марк Харрис».