Творец слез

За предыдущие недели все успели полюбить очаровательного молодого человека с внешностью ангела, с которым так несправедливо обошлась судьба и который упорно боролся за свою жизнь. Все медсестры отделения заботливо меняли ему повязки и смотрели на него как на прекрасного заколдованного принца.

Теперь, когда принц поднял веки, открыв миру два магнетических и неласковых волчьих глаза, воздух в отделении, казалось, потрескивал от электричества, что, как легко представить, не нравилось ни врачам, ни старшей медсестре, ни тем более Ригелю.

— Мисс Довер!

Меня кто-то позвал. Я была в одном шаге от двери в палату и, обернувшись, увидела идущую ко мне по коридору старшую медсестру.

— Добрый день!

Я зачем-то прижала к груди цветы и книгу, которые несла Ригелю. Старшая медсестра, крупная женщина с выдающейся грудью и сильными руками, уперлась этими руками в бока и посмотрела на меня довольно хмуро.

— Снова был скандал…

— О, эм… опять? — хихикнула я, но ей, похоже, было не до смеха. — Наверное, произошло какое-то недоразумение, — уже серьезнее сказала я. — Но его можно понять, ведь ему сейчас нелегко. В любом случае это он не со зла. Ригель — хороший парень. Он лает, но не кусает. — Я на секунду задумалась и поправила себя: — Бывает, конечно, что он и кусает, но исключительно в целях самозащиты. — Подумав еще, я добавила: — А вообще виной всему стресс. — Стресс? — возмущенно повторила она. — Но он в полном объеме получает необходимый уход! — возразила она. — И даже больше!

— В этом-то и дело…

дело…

— Простите?"

"— Вы совершенно правы, — поспешно добавила я, — просто он, ну… как бы это сказать… он немного дикий, но… уверяю вас, он хороший парень. Вы даже не представляете, каким вежливым он может быть. Ему просто нужно время, чтобы ко всему здесь привыкнуть…

Старшая медсестра по-прежнему смотрела на меня хмуро, поэтому я вынула из букета и протянула ей великолепную ароматную лилию, сопроводив жест мягкой улыбкой. Перед цветком она не устояла и, поворчав, взяла его, а я очень обрадовалась.

— Пожалуйста, не волнуйтесь. Я уверена, что он будет вести себя прилично, и… — Что ты делаешь?!

Я обернулась на встревоженный голос, донесшийся из палаты Ригеля, и недолго думая открыла дверь и вошла внутрь.

Стоявшая у его кровати медсестра выглядела взволнованной.

Залитая послеполуденным солнцем грудь Ригеля была стянута замысловатой повязкой, от бедер и ниже его закрывало одеяло. Под изогнутыми бровями чернели красивые глаза, готовые вотвот поразить медсестру электрическим током в самое сердце.

— Все в порядке? — спросила я, увидев, что Ригель опирается рукой на кровать, вцепившись пальцами в одеяло, как будто собирается спустить ноги на пол.