Твоя вина

– Ладно, ты прав.

Стив внимательно и вроде бы с облегчением посмотрел на меня. Я повернулась и начала подниматься по лестнице. Ник спятил, если думает, что сможет заставить меня не выходить из собственного дома. Я ворвалась в комнату, готовая на все. Принялась мерить шагами спальню, а потом достала из кармана мобильник.

Нет ничего, что оправдывало бы твои действия. Когда встретимся, тебе мало не покажется.

К счастью, Ник ответил мгновенно.

Не будь жестокой, я люблю тебя, отдохни, а потом увидимся.

«Увидимся?!»

Я кинулась в ванную комнату, чтобы привести себя в порядок: после долгого перелета я выглядела ужасно. Проверила время – было девять, что ж, по крайней мере, до одиннадцати я и не думала пытаться сбежать. Посмеялась над собственными мыслями и стала ждать.

Сбежать, даже не будучи в тюрьме.

Хотелось убить его…

Когда я была уже достаточно презентабельна, хотя и с мокрыми волосами, выглянула в коридор. Ни звука. Но дом такой огромный, здесь никогда ничего не слышно. План заключался в том, чтобы пойти в гараж и взять старую машину – ту самую, ломавшуюся тысячу раз, но которую мне было жаль продать или, скорее, выбросить. Я знала, что подержанная груда металлолома когда-нибудь пригодится.

Дверь, ведущая в гараж, находилась в задней части особняка, поэтому мне не нужно было проходить через холл. Тем лучше, Стив не должен меня заметить. Я тихо спустилась по лестнице, стараясь не издать ни малейшего шороха.

Когда я проскользнула в гараж, то улыбнулась, увидев мою драгоценную старую машинку рядом с «БМВ» мамы. Еще тут был мотоцикл, я никогда не спрашивала, чей он, и у меня возник соблазн взять его, но я не знала, где ключи, и понимала, что Николас убьет меня, если увидит, как я прикачу в полночь на байке, на котором никогда в жизни не ездила.

Я села в машину и нажала кнопку, открывавшую двери гаража. Снова поблагодарила небеса за громадный дом: ведь никто не услышал, как я выехала наружу.

Я прикинула, что потрачу примерно час, поэтому громко включила музыку, чтобы немного отвлечься, и открыла окна, представляя, что я за рулем кабриолета, а не драндулета, который с трудом выжимал девяносто.

Конечно, безрассудство – ехать так поздно, учитывая, что я не спала больше двадцати часов, но мне было все равно. Желание увидеть Николаса и тревожное ощущение перебарывали все остальное.

Поездка показалась бесконечной. Когда я наконец-то, добралась до его квартала, почувствовала себя на взводе. Не только потому, что хотела увидеть Ника спустя почти месяц разлуки, но и потому, что знала: он дико разозлится, поскольку я поехала одна, да еще в такое время.

Я вошла в лифтовую кабину и внезапно поняла, что забыла ключи, которые Ник дал мне.