Не твоя семья (СИ)

Я в каких только ресторанах не ел: в Париже, Нью-Йорке, Гонконге, но дома желудок отдыхал — неоспоримый факт."

"Еще меня очень раздражала работа Ангелины. Просто до зубного скрежета. Она какая-то нескончаемая: сына уложила, села с планшетом. Егора в садик собрала, и в офис рванула. Такая занятая, такая довольная. Не нравилось мне все это, особенно мужик, которого видел возле входа в Эволюцию. Смотрел он на Гельку так… так… Я еще в Манеже запомнил. Как охотник на добычу. На мою, млять, жену так смотреть нельзя! Но я о нем справки навел — у меня и в ФСБ, и в СК, и в МинСтрое связи есть. Если узнаю, что шары к моей жене подкатывает — отстрелю. Тесть у меня правильный и четкий мужик: точно знает, чем грозить. Без яиц нам, пацанам, не жить.

— Тимур Викторович, — секретарша зашла, — с охраны звонят: к вам посетитель — Ольга Сергеевна.

Хм, мама приехала в министерство. Странно.

— Пусть ее проводят ко мне, — велел и сам поднялся, шею размял. Мне через час в дом правительства нужно. Алишеров сейчас официально в отпуске, а премьер-министр срочно собирал кабмин: я буду представлять МинПромТорг.

Я подошел к окнам, выходящим на Пресненскую набережную. Повернулся и бросил косой взгляд на башню Эволюция. Мы с женой даже работали рядом! Но на работу, как и домой, она ездила сама.

— Привет, мама, — поцеловал в щеку и помог присесть в глубокое кресло. — Что-то случилось?

— Нет, просто рядом была… Но еще вчера услышала разговор твоего отца с Альбертом. Ты правда отправил материалы по беременности Ангелины на ревизию?

Я об этом никому не говорил. Мне шумиха не нужна, но раз Месхи поделился с отцом, я сообщу матери результаты.

— Да. Авторитетные врачи не усмотрели в его действиях злого умысла, — сообщил сухие факты. — Через три года и без биоматериалов пересмотр не так достоверен, но по тому что осталось, по выпискам Ангелины, хранившимся дома, они сличали их, разбирались… Вердикт — невиновен.

Мама выдохнула с облегчением, а на мой непонимающий взгляд пояснила:

— Сынок, мы знакомы всю жизнь. Альберт тебя принимал в родах. Если бы он оказался подлецом, это было бы большим ударом.

— В любом случае, его ошибка стоила мне слишком дорого. Хотя… — горько хмыкнул. — Проявилась моя дерьмовая натура.

— Тимур, — она сжала мою руку, — я понимаю, почему ты так поступил. Чего ты боялся, — добавила шепотом. — Как у вас с Гелей?

Я только тяжело вздохнул.

— Никак. Стабильно тяжело.

— Ангелина изменилась, — мама улыбнулась. — Она молодец. Научилась отстаивать себя. Стала сильной.

— Мам, я не понял: ты радуешься, что меня жена игнорит? — не смог сдержать обиды. Как маленький, да.

— Тимур, ты очень похож на отца, и не только внешне, — погладила меня по голове. — Но я очень прошу, не становись таким, как он.