Твоя примерная коварная жена

 – Пожалуй, надо будет найти этого вашего бывшего безопасника, чтобы порасспросить подробнее, отчего он так активно сорвался с места.

– Все это интересно, но для меня совершенно не важно, – вдруг сказал Семенов. – Мне бы хотелось, чтобы вы еще установили, какое отношение убийство имеет к развалу «ЭльНора», а также к покушению на Элю.

– Да. Меня действительно уже несколько раз хотели убить, – печально сказала Бжезинская. – Сначала в мою машину стреляли. Потом ее взорвали, и Олег погиб вместо меня по счастливой случайности. Мне кажется, что в этой истории есть кто-то еще. Это все вряд ли затеял Меркурьев.

– Что значит, в вашу машину стреляли? – спросил Воронов. – Элеонора Александровна, почему вы мне ничего про это не рассказывали?

– Я боялась, что эта история привлечет дополнительное внимание к нехорошей обстановке вокруг «ЭльНора», – призналась Бжезинская и вдруг заплакала горько и безутешно, как ребенок. – Любой скандал вокруг компании, любой интерес к ней со стороны СМИ еще больше обрушили бы продажи, а я никак не могла это допустить. Я страшно боялась и много раз порывалась вам рассказать, но каждый раз не могла себя перебороть. Поэтому я наняла Олега, чтобы он меня охранял, и решила, что этого достаточно.

– Боже мой, какая глупость, – вздохнул Воронов. – Неужели вы не понимаете, что все это время ходили по краю пропасти? Вы ведь взрослая женщина, Элеонора Александровна, а ведете себя, как девчонка.

Она подняла на него залитое слезами лицо, строгое, гордое, прекрасное, несмотря на отсутствие косметики и струящиеся из глаз слезы, и Воронов вдруг понял, отчего в эту женщину влюбляются так бесповоротно. Нет, его сердце было навеки отдано Лельке, но Антона Попова, Василия Лукьянова, Олега Меркурьева и Витольда Семенова он сейчас понимал прекрасно. А вот Бориса Бжезинского не понимал вовсе. Своими руками отдать такой бриллиант… Дурак, вот как есть дурак.

– Это еще не все, – голос Семенова изменился, стал глубже, сильнее, словно внутри рокотал вулкан, собираясь с силами, чтобы извергнуть огненную лаву.

– Что значит – не все? – Дмитрий смотрел на Семенова очень внимательно, понимая, что сейчас тот скажет что-то действительно важное.

– Не все покушения. Я не знал, что в нее стреляли, взрыв машины случился только вчера, но уже несколько дней я убежден, что ее пытаются убить. Точнее, отравить. Точнее, не совсем отравить. Из-за этого-то я и приехал из Москвы.

– Что значит – не совсем отравить? – Воронов вдруг изнемог от всех загадок, недомолвок и тайн последних дней. – Витольд Михайлович, пожалуйста, говорите яснее.

– Последний месяц Эля очень плохо себя чувствовала.