Твоя (не) родная семья (СИ)

Анжелика Михайловна испугалась слишком пристального внимания к бизнесу, у которого сотрудники работают по серому, укрываются от налогов, и по остальным вопросом, скорее всего, непорядок.

Ну и хрен с ней.

Просто мечтаю плюнуть ей в рожу напоследок.

Я быстро привожу себя в порядок, крашусь и тащу Сеньку в сад. Он успокоился, не боится меня потерять. А мне от этого больно, потому что я знаю, что уеду.

Прежде чем отпустить его в группу, поворачиваю к себе и сажусь перед ним на корточки.

— Сень, я должна тебе кое-что сказать.

Он недоуменно поднимает бровки.

— Я тебя люблю, — улыбаюсь я.

— Я тебя тоже, мам, — небрежно взмахивает он ручкой, словно это что-то само собой разумеющееся.

Он не знает, что его настоящая мама на небесах. И его никто не любит, кроме меня. Но ему достаточно того, что он имеет, чтобы чувствовать себя счастливо и в безопасности.

Он обнимает меня и убегает к воспитателю.

А я еду к Анжелике Михайловне, чтобы поставить точку в рабочих отношениях.

— Явилась, — цедит она, когда я вхожу в кабинет.

В ранний час там только мы. Возможно, она специально так рассчитала, чтобы у нашего разговора не было свидетелей. Не дай бог, если остальные увидят, что это не меня вышвыривают, а я ухожу победительницей на отличное место работы, где меня оценили по заслугам. И это на глазах у коллектива! Авторитет Анжелики Михайловны будет уничтожен.

— Что вы им сказали?

— Правду, — бурчит она. — Что работать с тобой невозможно. Хамишь, в облаках витаешь, положиться на тебя нельзя, — она надувает губу. — Коллектив кидаешь, стоит тебя с другого места поманить.

Чего-то такого я и ждала.

— Я увольняюсь, — сообщаю я. — Рассчитайтесь со мной.

— Я с твоим мужем рассчиталась. Долгов перед тобой у меня нет.

— А должны были рассчитаться со мной, — парирую я. — Он мой хозяин, что вы рассчитываетесь с ним за мою работу, или он доверенность от моего имени показал? На каком основании вы отдаете мои деньги посторонним?

— Да ты… Да как ты смеешь! — орет она и вытаращивает глаза, как жаба.

С ней говорить бесполезно, я встаю.

— Я пришлю вам претензию. Если не рассчитаетесь, обращусь в надзорные органы, — прищуриваюсь я. — Посмотрим, что они на это скажут.

Я выхожу и к моему удивлению, Анжелика Михайловна даже не орет в спину проклятия. Проверки и надзорные органы очень ее пугают.

Больше меня напрягает не она и не то, чего со злости наговорила «службе безопасности» из Москвы. А кто это был на самом деле. Неужели руководство Давыдова велело меня проверить? Или это происки конкурентов?

Я ежусь, и решительно шагаю по аллее, пытаясь понять, чего они хотели.

А ведь это логично. Олег предупредил, что ко мне могут подобраться. Сначала соберут информацию — это первый шаг. Звонок из Москвы в эту схему укладывается. Стоит ждать еще чего-то подобного.