Облом для властного или Я твой Зайчик [СИ]

Это такой тонкий намек, что он бы не прочь зайти в гости?

Вскарабкиваюсь на переднее сиденье, я в ожидании смотрю на мужчину, а он чуть ведет носом и тихо говорит:

— Вкусно пахнет. Ваниль? — и взгляд такой голодны преголодный.

— Я ватрушки пеку.

— М-м-м, обожаю сладкое, — мурлычет он и, подавшись вперед, опирается своей наглой конечностью о сиденье прямо возле моего бедра.

Пытаюсь чуть отклониться. Так некуда. А мне казалось, что «БМВ» просторная машина.

— Угостишь ватрушками? — мурлычет он, и я понимаю, что попадаю под слияние его гипнотического взгляда.

Сердце начинает биться где-то в районе горла, и я судорожно стискиваю край футболки, чтобы не податься мужчине на встречу и не поцеловать его первой.

— Ты хотел поговорить? — интересуюсь, с трудом проглотив вязкую слюну.

— Скорее увидеть тебя, Заинька. Соскучился.

Видимо он ожидал услышать в ответ, что я тоже соскучилась, но я молчу, как партизанка, только тихо соплю, всем силами стараясь унять бешеный ритм пульса.

— Зай, посмотри на меня.

Послушно смотрю в глаза.

— Скажи, я тебе хоть немного нравлюсь?

Вопрос ставит меня в тупик и, тем не менее, я честно отвечаю:

— Нравишься.

— Именно поэтому ты выкинула лилии в окно? Или есть что-то, чего я не знаю?

Вот ведь черт! Как он мог увидеть?

— Аллергия, — нашлась я. — На лилии. Постеснялась сказать тебе в ресторане.

Луганский чуть прищурил глаза, внимательно рассматривая меня, чуть тронул пальцем выбившийся из косы локон, и почему-то, расплывшись в улыбке, протянул:

— Зайчишка-врунишка, — и неожиданно нежно чмокнул в кончик носа.

Лицо обдало теплом чужого дыхания. От мужчины пахло сигаретами, терпкой туалетной водой и немного спиртным. И я не знаю почему, но мне это жутко понравилось. Я, наверное, чокнулась в тот момент, если сама подалась навстречу, охваченная сладким предвкушением.

Мы замерли на мгновение, практически касаясь друг друга губами, а потом Луганский осторожно поцеловал меня, пробуя на вкус, приноравливаясь, ожидая ответной реакции.

И она последовала.

Я ответила на его невысказанный вопрос губами и руками, которыми несмело притронулась к тонкой ткани рубашки, ощущая как часто бьется его сердце, вторя моему.

— Останови меня, — хрипло шепчет он в перерывах между сумасшедшими поцелуями.

— Зачем? — недоумеваю я и чуть прикусываю его нижнюю губу, чтобы в следующее мгновение нежно зализать, вызывая у этого большого и серьезного мужчины стон.

— Я боюсь… все испортить.

Он боится? Глупый. Тебе не этого нужно бояться, а того, что ожидает тебя наверху за дверями моей маленькой квартиры.

Мысли растворяются в жаркой пульсации нашего совместного безумства.

Я перебираю пальцами короткие жесткие волосы на затылке мужчины и едва сдерживаюсь от желания скользнуть ладонями под одежду.