Твоя ошибка (СИ)

Я такое не одобряю конечно, но и особо не вмешиваюсь. Да и он вроде не плохой. Замуж даже звал несколько раз. Детей говорит от неё хочет. Смешно конечно, но Ксюше с ним хорошо. Может, что и получится у них.

Слушая всё это, мне хочется просто взять и исчезнуть, превратившись в пыль. Полгода значит он за ней бегает, замуж предлагает, детей хочет, а Нюта получается и даром не нужна? К чему тогда были те громкие слова о значимости дочери, о желании общаться. Очередная показуха?

Почувствовав, как в носу начинает щипать, понимаю, что если сейчас ничего не придумаю, то разрыдаюсь прямо на месте.

—Кость, я отойду ненадолго, носик припудрю.

—Конечно, Даш. От барной стойки повернёшь направо, и там вниз по лестнице.

Сглотнув колючий ком и пробормотав невнятное спасибо, я быстрым шагом направилась по залу, едва сдерживая слезы, которые были уже на грани, чтобы не политься фонтаном из глаз. Закрывшись в кабинке туалета, я принялась активно махать руками перед лицом, не позволяя себе эмоциям взять вверх и испортить макияж. Хочется плакать. Так сильно, как никогда не было. От обиды и боли, которая метастазами расползается в груди и давит с безумной силой. Чем Аня заслужила к себе такое отношение? Почему нельзя было изначально сказать, что он не хочет, что не готов или должна же быть хоть какая причина вот такого поведения? Я бы приняла его позицию в любом случае, ведь отчасти, есть и моя вина этих шести лет…

Восстановив дыхание, пальцами аккуратно провожу, там, где образовались черные подтёки от туши, и щипаю себя по щекам, чтобы скрыть бледность. Глаза чуть-чуть опухшие, но продолжать и дальше сидеть в туалете, только сильнее вызовет подозрения. Я не буду больше плакать. Нет! Просто досижу этот вечер и уеду домой, засунув мысли о Туманове куда подальше. Захочет поговорить, возможно я даже и соглашусь, но лишь для того, чтобы окончательно расставить все точки и, наверное, понять, для чего он так делал. Вряд ли смогу простить, но выяснив, будет легче прощаться.

Сделав глубокий вдох, выпрямляю спину, нацепляю фальшиво — довольную улыбку и распахнув дверь, выхожу. Но не успеваю сделать и двух шагов, как чья-то рука дёргает меня в сторону и припечатывает к холодной стене. Повсюду темно. Пульс учащается и в висках начинает давить от накатившего страха.

—Эй, это что за…? — Возмущённо пыхчу, а у самой голос дрожит от непонимания, кому это нужно.

—Да, не кричи ты! — Раздаётся над ухом напряжённый баритон, и я мгновенно расслабляюсь.

—Господи, Туманов, ты совсем придурок? Ну ка отпусти меня!

Захват на изгибе локтя мгновенно ослабевает, и я отступаю на шаг в сторону.