Твоя ошибка (СИ)

— Тебе уже 30

—27–спешу поправить, и ловлю в отражении недовольный взгляд серых глаз.

—Тридцать не за горами. Пора бы уже о свадебке подумать, а то так и помрешь незамужней одиночкой

—Мам, ну какая свадебка. Это всего лишь свидание, я за Костю замуж не собираюсь.

—Это ты сейчас не собираешь, а завтра передумаешь, но будет поздно. Если мальчик хороший, то надо брать, пока другие не набежали.

—Ма, во-первых, этому мальчику уже 32, а во-вторых, мы всего-то неделю как встречаемся, какие брать?

—Вот когда тебе самой 32 исполнится, поймёшь, что время не вечно. Вон, вспомни свою троюродную сестру. Ей как раз-таки через месяц тридцать два будет. Ни семьи, ни детей. Даже мужика нормального найти не может, хотя бы для здоровья. А всё почему? Потому что шарахалась от всех подряд, вот и пожинает теперь плоды. Так же хочешь?

Боже, мама — это мама. Пора бы уже привыкнуть к её великой миссии надавить на меня, но всё равно никак не привыкну. Это ж надо, даже Польку бедную приплела. Хотя все мы знаем почему она до сих пор одна. Надо же было в дружка своего влюбится. Дурочка, только и делает, что в рот ему заглядывает, пока он направо и налево своей любвеобильностью распыляется. Мне её жаль, искренне, по-человечески, но смотреть все годы, как тот, кого ты любишь— с другими, больше мазохизм напоминает. Я бы уже давно подальше куда-нибудь уехала. Как говорится, с глаз долой из сердца вон, но у каждой своей причуды. Да и кто я такая, чтобы судить, когда у самой в жизни настоящий аттракцион.

—Всё что я сейчас хочу — это прекрасно провести время. Ладно ма, — сняв с вешалки чёрное пальто, продеваю в рукава руки. — Я побежала. Нютку уже не буду отвлекать, пусть играет.

—Придёшь во сколько?

—Как свидание закончится, так сразу.

—Ладно, смотри мне, чтобы никаких.

—Покаааа — хихикнув, выхожу в подъезд и только когда дверь захлопывается, позволяю себе выдохнуть. Это были самые тяжелые и бесконечные три часа в моей жизни.

Надеюсь, когда Нютка вырастет я буду нормальной матерью, которая не лезет в жизнь своего ребёнка. Иначе мне заранее жалко дочь. Выбежав на крыльцо, я ловлю кислородные, успокаивающие шарики, и не могу сдержать широкой улыбки расплывшейся на пол лица при виде своего мужчины. Он стоит напротив, привалившись спиной к машине и скользит по мне внимательным взглядом. На нём чёрные брюки, синяя рубашка и пальто. Волосы беспорядочно трепет ветер, а лицо украшает лёгкая улыбка. По телу ползёт лёгкий мандраж, что аж ноги подкашиваются, но я не позволяю в полной мере выплеснуться эмоциям наружу, поэтому «держу лицо» и уверенной походкой иду к машине.

—Прекрасно выглядишь — с восхищением говорит Костя, открывая для меня дверцу автомобиля.

—Спасибо, и ты.