Лед в твоем сердце

Я чувствую это где-то на подсознательном уровне.

Не доезжая до школы, возле угла, прошу Тима остановится. Он не спрашивает ничего, молча выполняет просьбу и ждет, когда я слезу с байка.

– Спасибо, – говорю на прощание. Солнце играет с его карамельными волосами, а глаза переливаются, словно там живут две маленькие льдинки.

– Ага, – кивает Тимур, скользя по мне взглядом. Так нагло парни никогда на меня не смотрели, будто пытались найти изъян или же самое большое достоинство. Я прикусила нижнюю губу и кое-как выдала улыбку.

– Ну… пока.

– Ну пока, Маша, – он не улыбнулся. И я поняла, что пора уходить.

Тяжелый вздох.

Теперь уж точно последний раз, хотя вслух мы об этом не говорим, но оба знаем. Наверное. Как иначе. Мне становится немного грустно, но это мимолетная грусть. Пройдет. Вот переступлю порог школы, и все пройдет.

Разворачиваюсь и перехожу дорогу. Не оглядываться. Хотя совру, если скажу, что не было интересно, смотрел ли он мне вслед или нет.

Иду быстро, разглядывая асфальт под ногами. Не замечаю как людей вокруг, так и времени. А вдруг это все плод моего воображения? И не было ночи на крыше. Странно. Необъяснимо странно."

"Возле школы, а это в метрах пятистах от того самого угла, где меня высадил Тим, стоят Ленка с Зариной и еще каким-то широкоплечим парнем. Зарина надувает жвачку, которая едва не разлетается по всему ее лицу. Прохожу мимо них. Надо бы бояться или переживать, но все мои мысли заняты сегодняшней ночью и широкой спиной парня, который однажды протянул руку.

– Эй! – явно в мой адрес. Не останавливаюсь, но Ленка резко хватает меня за локоть.

– Чт…

– Эй, Уварова, – косится местная хулиганка. Дергаю руку, но хватка у нее довольно сильная.

– Отпусти, – цежу сквозь зубы.

– Извиняться когда будешь?

– Не за что извиняться, сама знаешь. Отпусти! – прикрикиваю и кое-как выбираюсь из лап этой сумасшедшей.

– Кость, – обращается Тарасова к парню. Коренастый, с короткой стрижкой и сигаретой в руках. Кидает окурок на землю, затем подходит ко мне, слегка наклоняется, и от его сального взгляда становится мерзко. Хочу сделать шаг назад, но Костя тянет свои толстые пальцы. Хватает меня за лицо, сжимая в области скул.

– А ты забавная, – выплевывает в меня противные фразы. Я дергаюсь и уже думаю зарядить этому умнику между ног.

– Эй! – разлетается позади.

– Нахер свали! – рычит Костя, не спуская с меня глаз.

– Отпусти ее!

– Я на камеру вас записываю, – закричал женский голос. Я дернулась и наконец вырвалась из хватки этого здоровяка. Оглянулась, и сердце мое упало в самые пятки. Леля вместе с Вовкой, Мишкой и Ваней стояли у самых ворот. Руки Фроловой дрожали, да и ноги тоже, но она стойко держала поднятым подбородок.

– Страх потеряли? – хмыкнула Ленка.