Горечь твоей любви

Я не знаю, правильно ли я собралась сделать или нет… Закусила губу и решила все же сделать то, что хотела. Мать сидела все так же на стуле и смотрела на стол. Когда я вошла, она даже не подняла головы. Полезла в карман и достала деньги, которые отложила в комнате, положила их на стол перед матерью. Она вздрогнула и все так же, не поднимая головы, протянула руку и взяла деньги, быстро спрятала их в складках халата. У меня сердце заныло от тупой боли. Она даже не посмотрела на меня. Жалкая трусиха. Я сделала глубокий вздох и вышла из кухни, не оборачиваясь.

Ярослав ждал меня за дверью, когда я вышла, взял за руку. А у меня в носу защипало от благодарности к этому мужчине. Мы прошли по коридору и только сейчас я увидела, что отец валяется на боку под стенкой. С его лица капает кровь. В первую же секунду мне захотелось подбежать к нему, помочь. Видимо, Яр уловил мою реакцию, потому что сжал мою ладонь сильнее. И это отрезвило меня. Я перевела взгляд с отца на спину мужчины, уверенно уводящего меня из «отчего дома».

* * *Ярослав привел меня в свою квартиру и усадил на диван. Я опустилась на него без сил и подтянула коленки к груди.

— Пойду заварю чай, — пробормотал мужчина и скрылся из комнаты.

Я опустила голову на колени и смежила веки. Внутри была такая глухая пустота. Я совсем не удивлена такому развитию событий, всю сознательную жизнь жила с мыслью о том, что рано или поздно мне придется уйти из дома. Меня это не особо расстроило. Я просто была в прострации от того, что отец руку на меня поднял. Снова. Столько лет он не трогал меня, и моя бдительность убаюкалась. Это так унизительно, когда тебя бьют, а ты не можешь из-за шока ответить. И еще чувство внутри, что вся твоя предыдущая жизнь, какой бы дерьмовой ни была, перечеркнута, и ты теперь должна заново искать себя…

В комнату вернулся Ярослав, но я даже не посмотрела на него. Услышала, как он поставил чашки на стол и, придвинув стул, сел напротив.

— Поговори со мной, — спустя несколько минут молчания попросил мужчина.

— Ты убил его? — ровным тоном спросила, все так же не поднимая головы и не открывая глаз.

Перед внутренним взором тут же нарисовался образ отца в собственной крови.

— Нет, но хотел.

— Хорошо.

— Он сильно тебя…, — голос мужчины охрип, и он прочистил горло, — он сильно тебя ударил? Может, скорую вызвать, чтобы осмотрели?

— Нормально все. Мне не больно, — ответила и это было правдой. Такое чувство, что тело и душа просто онемели.

— Диана, посмотри на меня, — я сделала как попросил Ярослав, открыла глаза и повернулась к мужчине лицом.

— Он больше никогда в жизни тебя не тронет, ты слышишь меня? — глаза Марина почернели, руки сжаты в кулаки.

Только сейчас заметила, что костяшки его пальцев сбиты в кровь.