Твое сердце будет разбито. Книга 1 (СИ)

Будто бы вычеркнули из своей жизни. А как узнали, что ты под защитой Барсова, так сразу изменились. Противно, Полин. Такое чувство, что у меня никогда хороших подруг не будет, — вздохнула она.

— Я буду, — подбодрила ее я, и Дилара улыбнулась.

Глава 29. Драка

Мы с Диларой зашли в женскую раздевалку, и подружки Малиновской тут же отвернулись, хотя еще недавно они обзывали меня крысой и били. Стая Малиновской оказалась такой же пугливой, как и предводительница.

Остальные одноклассницы пугливо на нас оглядывались, но ничего не говорили, понимали, что это будет странно выглядеть. Только Милана странно на нас смотрела — такими глазами, будто готова была заплакать. В какой-то момент она хотела подойти к Диларе, но та увидела это и отвернулась. Милана застыла на месте, все прекрасно поняв.

Я не хотела ее осуждать, но в душе чувствовала раздражение. Когда Дилару объявили крысой, Милана и слова не сказала в защиту подруги, сразу же перестала замечать, будто бы они и не общались никогда. А как все стало хорошо, так вновь решила дружить? Но это так не работает. Предательство ломает любые отношения — и дружеские, и романтические. Даже родственные. Простить-то, конечно, можно, но что случилось однажды, случиться вновь.

Мы вышли из раздевалки и направились по небольшому коридорчику в спортивный зал — урок вот-вот должен был начаться. С физкультурой у меня никогда особо хороших отношений не было — я не отличалась особой скоростью, силой или ловкостью, зато неплохо играла в волейбол и здорово плавала.

— А кто физру ведет? — спросила я Милану.

— Аркадий Иваныч, классный дядька, — ответила Дилара. — Девчонкам всегда поблажки дает. К нему надо подходить и говорить, что красные дни начались, и он сразу разрешает на лавке сидеть. А вот с пацанами зверствует.

Наш разговор прервал странный шум. Дверь, ведущая в мужскую раздевалку, внезапно распахнулась, и в буквальном смысле вылетел парень. Будто бы его толкнул кто-то очень сильный. Он упал прямо перед нами, и я поняла, что это наш одноклассник. Тот самый, из компании Малиновской, который облил меня водой и толкнул. Есин. Лицо его было перекошено от страха.

Милана взвизгнула и вцепилась в меня, и мы отскочили назад, не понимая, что происходит.

В дверях появился Барс. Он был одет в одни только спортивные штаны, и я, несмотря на весь ужас происходящего, залюбовалась разворотом его плеч и хорошо прочерченной мускулатурой торса. Одна рука была забита татуировками — и как только взрослые разрешили ему набить столько? Но смотрится очень круто.

Кажется, у меня даже загорелись щеки.

— Вставай, урод, — прорычал Барс, не замечая нас. Есин попытался отползти в сторону, но Барс рывком поднял его и ударил по лицу — так, будто был профессиональным бойцом.