Тушканчик в бигудях

Но Масик оказался тем единственным из сотни, который в момент экстремальной ситуации не потерял головы.

Быстро взяв себя в руки, врач начал действовать. Нож по случайности угодил Бурцеву прямо в сердце. Тот, кто полагает, что в случае такого ранения прольется океан крови, ошибается. Если пробито сердце, кровотечения практически нет.

Масику повезло вдвойне. Во-первых, как уже сообщалось выше, кровь не залила пол, во-вторых, на дворе стояла ночь.

Поборов первую растерянность, Масик кое-как поднял Бурцева и стащил его вниз. Откуда у не слишком крупного мужчины взялись на это силы, не спрашивайте. Еле дыша от натуги, Масик запихнул труп на заднее сиденье. Издали умерший походил на крепко выпившего человека, и Масик надеялся, что если сотрудники ГАИ остановят машину для проверки документов, то не станут особо рассматривать пассажира. Но удача просто «преследовала» Масика."

"Его никто не заметил. Он отъехал пару кварталов от дома, увидел большую стройку и обрадовался. Возводимое здание никто не охранял, нулевой цикл был уже практически завершен, Масик побродил по будущему подвалу, потом впихнул тело между двумя плитами, в довольно узкую нишу, там, где рабочие не успели доделать стену, и заложил «могилу» кирпичами. Потом, вспоминая произошедшее, Масик многократно радовался, что в студенческие годы ездил со стройотрядами и возводил какие-то коровники. Умение делать кладку из кирпичей пригодилось ему в этой опасной ситуации.

Вернувшись домой, Масик перевел дух и начал было убирать со стола карты, но тут с дивана донесся то ли всхлип, то ли всхрап, и врач похолодел, он совершенно забыл про спящего пьяного Виктора. Получалось, что и убийство, и вытаскивание трупа было произведено при ненужном свидетеле.

Сначала Масик запаниковал, но потом успокоился. Вряд ли Виктор заметил, что происходило в комнате. Парень был сильно подшофе, он мирно спал, вот проснется, спросит про Павла, и тогда…

И тут Масик снова испугался. Павла хватятся быстро, у него есть мать, сестры, любовницы… Поднимется шум.

В этот момент Масик увидел кожаную куртку Бурцева, мирно висевшую на спинке стула, тут же ему в голову пришла гениальная идея. Павел рассказал ему, как поругался с обеими своими бабами, от Юли он ушел, не говоря, естественно, что отправился к Фаине, а повздорив с последней, хлопнул дверью и убежал тоже без всяких объяснений. Павел никому не сообщил, что едет к Масику, и сейчас требовалось сделать так, чтобы все окружающие подумали: Бурцев один улетел на юг.

Масик порылся в куртке, нашел билет и понесся в аэропорт, и снова ему повезло, он успел прямо на регистрацию.

Прикрыв часть лица шарфом, Масик сначала сдал билет, предназначавшийся для Юли, а потом зарегистрировался на рейс.