Тушканчик в бигудях

Николай кашлянул:

– Редко встретишь теперь взрослого мужчину, столь привязанного к своей матери. Николетта в полном порядке, по-другому и быть не могло, она ведь живет сейчас по разработанной мною системе. Ты привези мыло и лекарства поскорей.

Я пообещал вскоре все доставить, походил по торговому центру, отыскал аптеку, получил кулек с таблетками и пошел к машине. Скраб, растворитель, марганцовка и всяческие пилюли, из которых Николай собрался сделать панацею, можно доставить домой и позже, целитель успокоил меня, Николетта находится в добром здравии, а вот доктор Фаина, вполне вероятно, завершит рабочую смену и утопает из диспансера.

Интересно, почему очень многие места, связанные с бесплатным медицинским обслуживанием, выглядят омерзительно? Обшарпанные стены, порванный линолеум, колченогие стулья в коридорах, равнодушные люди в белых халатах и толпа покорных больных, смиренно ждущих своей очереди.

Я подошел к окошку с надписью «Регистратура» и спросил:

– Доктор Шульгина в каком кабинете принимает?

Девушка, призванная давать ответы на вопросы, писала что-то в тетрадке, она даже не подняла головы, услыхав мой голос.

– Фаину Шульгину где можно найти? – повторил я попытку.

– Ну, блин, народ, – злобно воскликнула девица, – не видишь, я работаю! Не хрен меня дергать! Талончиков нет! Ступай домой. В среду новая запись! Явился к обеду!

– Мне не на прием.

– Фигли тогда приперся?

Хамство юной особы изумляло. Давно не сталкивался с таким. В последний раз я имел дело с врачами в тот день, когда укладывал Элеонору в клинику, но в частной больнице был совсем иной антураж.

– И че стоишь? Отваливай! – загундосила девица.

– Скажите, где кабинет, в котором ведет прием Шульгина, – ледяным тоном потребовал я.

– Она не примет.

– Я не лечиться пришел.

Девица скривилась:

– Вот приставучий. Ладно, говори номер.

– Какой?

– Карты.

– Я не состою на учете в вашем диспансере.

– Тогда ступай в первую комнату и возьми квиток.

– Мне не лечиться.

– Поняла уже, не фига одно и то же талдычить. Сходи в первую регистратуру, получи пропуск, вернись сюда, скажи номер…

– Лишь хочу узнать, где принимает Шульгина!

– Не могу давать справки посторонним! – рявкнула девица и снова застрочила в блокноте.

Поняв, что проиграл, я пошел по коридорам, решив сам найти кабинет Фаины, но уже у третьей двери понял, что занимаюсь пустым делом. На некогда белых, а теперь обшарпанно-серых дверях отсутствовали опознавательные знаки, тут не было табличек с фамилиями или номерами. Оставалось удивляться, каким образом больные отыскивают нужного врача.

Вздохнув, я вернулся к входу, огляделся и заметил небольшую арку, а за ней дверь, на которой красовалась намалеванная синей краской кособокая цифра 1.