Тушканчик в бигудях

– Знаю, кто вы, – сказал он, подойдя ко мне вплотную, – Юлька утром про вас рассказала. Пошли на второй этаж, там есть кафе.

Устроившись за хлипким пластиковым столиком, Леша сразу сказал:

– Пашка погиб, зря сомневаетесь.

– Теперь уже нет, – кивнул я, – вы видели его накануне несчастья?

– Ага, – кивнул Леша, – он примчался ко мне с сумкой, весь красный. Швырнул на пол пожитки и давай орать: «Все, конец! Пусть вон катится! Надоела до жути. Вечно зудит. Один на юг отправлюсь или Фаю с собой прихвачу. Впрочем, если она не сможет, плакать не стану. Экая проблема – телку на пляже подцепить! Да их там словно собак побитых! А с Юлькой у меня все!»

Леша замолчал, а потом тихо прибавил:

– Я очень обрадовался.

– Почему? – удивился я. – Вам доставила удовольствие ссора друга с невестой?

– Пашка бы на ней не женился, – пояснил Леша, – он со всеми так поступал: поматросит и бросит. А мне Юлька нравилась, очень, только видите, что у меня на лице? Поэтому я и молчал, да и неудобно у друга девушку уводить, а раз они сами решили разойтись, тогда конечно. В общем, он в тот день у меня не остался, к Фаине поехал.

– Это кто же такая? – удивился я.

– Фаина Свиякина, – пояснил Леша, – с нами в одной группе училась. Понимаете, я с первого курса ушел, понял, не мое это. Ничего выучить не смогу, слишком большой объем информации, ну и бросил занятия. Дурак, конечно. В армию забрали, два года оттрубил, вернулся, устроился в техникум, в общем, без высшего образования остался. А Пашка старался, мог великим врачом стать, да вот как случилось!

– Павел учился в медицинском?

– Ну да, он Юлю на практике встретил. – Леша принялся вводить меня в курс дела. – Его в больницу отправили летом, санитаром пахать, а Юлька туда же из медицинского училища пришла. Она потом, когда за меня замуж вышла, профессию поменяла. Знаете, многие хотят стать докторами, а как столкнутся с медициной по-настоящему, лицом к лицу, сразу убегают, это ведь очень тяжелое дело. Я всякие латинские названия выучить не смог, ну не лезли они мне в голову, с памятью плохо. А Юлька никому больно сделать не способна, ей в живого человека иглу воткнуть проблема, она вообще-то хотела актрисой стать, да мать не разрешила, отправила в медицинское училище. Вот теперь кастрюлями торгует.

Я спокойно слушал его незатейливую речь. Что ж, не всегда следует идти на поводу у родителей, иногда полезно проявить строптивость, глядишь, жизнь покатится по другим рельсам."

"– Фаина с Пашкой в одной группе училась, – журчал Леша, – она теперь в диспансере работает, психов лечит, хороший, между прочим, специалист.