Туманный вирус

Свое вчерашнее послание заговорщики завершили обещанием устроить небольшую «презентацию» бактериологического оружия, попавшего им в руки. Они написали, что «Кровью Сатаны» будут отравлены жители какого-нибудь небольшого аула на востоке страны. Султанбаеву не терпелось выяснить, так ли это. В глубине души он все еще надеялся на то, что шантажисты попросту блефуют.

Надежды, как это чаще всего бывает, не оправдались. Разрушил их бодрый голос генерала авиации.

— Мои летчики произвели облет территории в условном треугольнике с вершинами в Актау, Аксу и Аягезе, — сказал он. — Теракт состоялся.

Султанбаев, затаивший дыхание, сдулся, как воздушный шарик.

— Состоялся, — повторил он шепотом.

— Так точно, господин президент, — подтвердил Омаров. — Мы нашли этот аул. Распыление отравы произошло, когда сработало небольшое взрывное устройство в арыке. Так утверждают эксперты, изучившие снимки.

— Дальше, — произнес убитый новостью Султанбаев.

— В самом ауле и в его окрестностях признаков жизни не обнаружено. Дохлый скот, мертвые люди. Характерные позы трупов свидетельствуют о сильнейших предсмертных конвульсиях. Птицы и насекомые…

— Да пошел ты со своими птицами и насекомыми…

Бросив трубку, Султанбаев проделал то, чего не позволял себе со дня празднования шестидесятилетия, а именно: открыл бар, налил полный стакан коньяку и выпил залпом, как виноградный сок. Виски сжимало, словно невидимыми тисками. До этой минуты Султанбаев оставлял процент… одну десятую процента вероятности того, что все обойдется, утрясется, уладится. Теперь приходилось смотреть страшной правде в глаза, а это было нелегко, ох, как нелегко.

Хватив еще грамм сто пятьдесят, Султанбаев смахнул выступившие слезы и позвонил Шухарбаеву.

— Спишь? — злобно спросил он. — А про вымерший аул слыхал?

Оказалось, что Председатель Комитета Национальной Безопасности бодрствует и про несчастье, постигшее казахский народ, знает.

— Предлагаю не расстраивать людей, — произнес он, покашливая. — Средствам массовой информации новость освещать совсем не обязательно. Ну а официально жители аула будут считаться умершими от эпидемии. Чума, тиф, холера, без разницы.

— Это правильно, — произнес Султанбаев, начиная размякать от коньяка, выпитого натощак. — И чтобы никто про бактерии даже пикнуть не смел!

— Меры принимаются, господин президент.

— Пусть быстрее принимаются и пусть это будут самые эффективные меры.

— Слушаюсь, господин президент, — произнес Шухарбаев.

Султанбаев погладил коньячную бутылку, но наливать больше не стал, опасаясь за сердце.

— Подонки, какие же они все-таки подонки! — сказал он.