Туман над темной водой

– Она сказала, а ты и поверил, – горько сказала Ольга, – все вы, мужики, одинаковые. А что касается того, что Паша мог, а что не мог, так в нашей с ним жизни тоже всякое бывало. Просто я грязное белье перед всем народом не полощу, но и в экспедиции не просто так с ним таскаюсь.

Веретьев заметил, что мужики вокруг начали отводить глаза от неловкости. Дурацкий вели они сейчас разговор, лишний, неправильный.

– Вот что, – сказал он, – давайте к делу вернемся. С этого места Паша повернул в сторону болот. Давайте искать, куда он пошел. Жень, ты у нас полицейский, давай командуй.

Евгений Макаров действительно работал в уголовном розыске. Вообще-то в отпусках, которые он тратил на поисковые экспедиции, вспоминать об этом он не любил, но Веретьев знал, что профессионал Женька отличный.

Руководимые Макаровым, который взял след не хуже гончей собаки, они медленно, но верно продвигались в направлении, которое уводило их и от деревни, и от лагеря, зато вело, если верить карте, в глубь болот.

Под ногами становилось все более топко. Мох мягко пружинил под ногами, с чавкающим звуком при каждом шаге сапоги погружались в прохладную, но прозрачную воду. Сначала она выступала над поверхностью земли на сантиметр, затем, по мере продвижения все дальше и дальше, ноги начали проваливаться по щиколотку, и вытаскивать их при каждом шаге становилось все тяжелее. Здесь вода была уже бурой, тяжелой, словно тянущей в глубину.

– Стоп, – скомандовал Веретьев, когда при очередном шаге его правая нога провалилась практически по середину голени. – Дальше нельзя. Утонем, к чертям собачьим. Оля, что ты говорила, Паша знал какую-то особенную систему, как проникать в глубь болот?"

"– Да, они в детстве ее разработали, начитавшись «Собаки Баскервилей», – кивнула Ольга. – Он мне рассказывал, что и сейчас с закрытыми глазами проберется в самый центр, туда, куда они за ягодами бегали. Там есть сухой и твердый островок, но тропка, которая к нему ведет, такая узкая, что очень легко ошибиться. В их детстве туда ходить даже взрослые не рисковали, тем более что место это имело дурную славу.

– Из-за Васятки Прохорова? – проявил осведомленность Веретьев. – Ну, мальчика, который в болоте утонул.

– Да нет, отец Пашин рассказывал ему, что там какая-то геологическая экспедиция сгинула, давно, еще в семидесятые. Но я деталей не знаю.

– На хрена геологам в болота соваться? – удивился один из бойцов. – Какие тут могут быть полезные ископаемые?

– Это не самый важный сейчас вопрос, – задумчиво сказал Веретьев. – Гораздо важнее понять, что нам дальше делать. Мокро, следов практически не различить. С большой долей вероятности мы можем предполагать, что Паша отправился в сердце бирюковских болот. Зачем? Поймем это – найдем и его.