Туфельки для мамы чемпиона (СИ)

Только не военным, а гражданским. Чтобы водить белые стальные птицы.

Беата впечатлилась рассказами Роберта. Переспрашивала, заставляя пересказывать ещё и ещё, какая она, Москва. Родной город её мамы. И про самолёты тоже слушала внимательно, уже представляя, как на взрослом Роберте будет смотреться летная форма.

— Спроси пожалуйста у отца, где учат на лётчиков, — попросил Роберт однажды, — А ещё какие предметы нужно будет сдавать. Наверное, математику и физику.

Беата обещала, что спросит. Пан Михал Торочинский внимательно выслушал вопрос дочери. — Так это парень хочет стать пилотом? Тогда сначала здоровье. Потом уже польский, математика, физика и английский.

Беата передала всё слово в слово. Роберт задумался. — Значит, здоровье? — Бросишь танцы? — Ни за что! Ты знаешь, какая там нагрузка! Если танцевать две минуты быстрого фокстрота, это все равно, что бежать восемсот метров.

Беата не могла себе представить бег на восемсот метров. Она и шестьдесят, положенные на физкультуре, бегала с трудом.

Роберт же начал дополнительно к танцам бегать рано утром. Тётя было сказала, что от такого усердия его кеды истрепятся раньше, чем кончится учебный год. Тухольский ответил, что тогда он будет бегать босиком.

В следующем учебном году Роберт выиграл свою первую олимпиаду по математике. Ещё через год к этому успеху добавилась и физика.

В сентябре нового учебного года Беата не обнаружила Тухольского в классе. Даже растерялась. На дрожащих ногах пошла к Роберту домой.

Она никогда ещё у него не была. Видимо, он стеснялся бедной квартиры на первом этаже и странного запаха. Его тётя работала частной прачкой. А дядя зарабатывал, ремонтируя обувь и всякую домашнюю мелочовку.

Дверь открыла его тётка пани Анна. Беата поздоровалась. — Я Беата Торочинская, дочь пани Юлии. Одноклассница Роберта. Он не пришёл в школу. Пани Анна устало прислонилась к косяку двери. Вытерла руки об фартук. — Он уехал. — Куда? Учебный год же. — В Варшаву. — Надолго? — Даст Бог, навсегда. У Беаты задрожал подбородок. Но она взяла себя в руки. — А почему? — только и могла спросить. — Его отобрали в интернат для одарённых детей. Как победителя олимпиад. Приезжали товарищи из столицы. Роберта пригласили. Там всё за государственный счёт. Форма, общежитие, питание и обучение. Лучшие педагоги. Пани Анна говорила все это, мечтательно закатывая глаза и едва не лопаясь от гордости. — Понятно. Спасибо, — только и выговорила, — До свидания, пани Анна, — это уже из последних сил.

Она хотела ещё попросить передавать Роберту привет, если он будет писать. Но подумала, что это неприлично. Им почти пятнадцать. Ещё подумают про них не весть что.

Едва за тётей Роберта закрылась дверь, Беата опрометью кинулась домой. Так быстро она ещё не бегала.