Туфельки для мамы чемпиона (СИ)

 — Вы не представляете, что сейчас случилось! — Лешек, хорошее? — обернулся к сыну Збигнев. — Я ребёнка назвал! Представляете! — Какого ребёнка? — не поняла Беата. У неё в голове уже крутились разные мысли. Если Леслав с Ксенией виделись у июне, а потом в ноябре, то никакого ребёнка они ещё не могли сообразить. — У Ксении сестра родилась, — захлебываясь словами, объяснял Леслав, — Они там в Москве имя не могли выбрать. Ксения мне написала. Я назвал малышку. — Как? — у Беаты отлегло. — Юлия. Я назвал её Юлия, — широко улыбался Леслав, — Она будет Юлия Владимировна, как бабушка. У Беаты слезы прокатились сами. Сразу. — Мааам, ну ты чего? — кинулся Лешек к матери, — Это же хорошо. Русская Юленька. — Хорошо, сыночек, конечно, — Збигнев открыл шампанское, — За Юлию Владимировну! Пусть растёт счастливой!

Перед Рождеством Зимовские получили посылку из Москвы. Такие душевные подарки от Орловых, что Беата снова расчувствовалась. Леславу большой вязаный шарф и банка малинового варенья, армянский коньяк для Збигнева, а ей — тончайшая оренбургская шаль. Невесомая и очень тёплая. Подарки привёз русский доктор Виталий. Кирсановы частенько мотались из Варшавы в Москву и обратно.

Перед новым годом оказалось, что у Збигнева в январе будет свободная неделя. Решили ехать в Египет понырять, давно не выбирались вместе с сыном. Это была их традиция. Только вдвоём. Беата радовалась, что её мужчины могут пообщаться один на один. Её и так много в жизни сына. А отец для Лешека — главный авторитет.

Она знала, о чем сын будет говорить со Збигневом. О женитьбе. Он уже успел озвучить это матери. И даже кольцо купил для Ксении. Беата сама помогала выбирать. Принять решение сына было не сложно, как ни странно. Хотя мало кто женится в девятнадцать лет. Но Лешек был таким счастливым, что сомнений не было. Это настоящее. То самое. Значит они со Збигневом просто обязаны его поддержать.

Пока мужчины будут в Египте, она съездит в Гданьск. Проведёт тётю Касю. И к родителям на кладбище нужно попасть.

Утренний рейс Гданьск-Варшава. Всего час полёта. Беата зябко поежилась. Всё — таки рядом с морем ветрено. В Гданьске правда чуть теплее обычного в январе. Около плюс десяти. А в Варшаве по прогнозу около нуля. И не скажешь, что Рождество и Новый год только отметили. И День трех королей был позавчера. Все признаки праздника почти убрали. Жаль.

Беата вспомнила их единственное русское Рождество, когда в России его ещё не было принято отмечать. Но в Елоховском соборе в Москве шла служба. И они с мамой пошли "просто посмотреть". После мороза и сугробов на улице в храме было почти солнечно от обилия позолоты и свечей. Всё-таки польские костёлы не такие богатые. Они тогда постояли немного почти у входа, послушали часть службы, поставили свечи.