Пламя и цветок

— Прости, дорогая, я и не подозревал, что ты ревнуешь.

Вспыхнув, Хэзер в ярости обернулась, готовясь выпалить все известные ей ругательства, но Брэндон только рассмеялся и сбросил простыню на пол.

— Не хочешь ли помочь мне с купанием, дорогая? Мне будет трудновато самому потереть себе спину.

Лицо Хэзер пылало. Казалось, у нее вот-вот закипит кровь. Однако, поскольку Брэндон вел себя вполне миролюбиво, к тому же был совершенно раздет, Хэзер сдерживалась. Она не рискнула разговаривать с ним слишком резко. Брэндон ждал ее ответа, положив руки на пояс, согнув и слегка выставив вперед одно колено. Хэзер были ненавистны его уверенность, насмешливые глаза, но она не могла унизиться до оскорблений.

Крепко стиснув зубы, она прошла мимо Брэндона, взяла мочалку и мыло и ждала, пока он заберется в ванну. Наконец он с довольным видом погрузился в воду.

На мгновение Хэзер смутилась, но затем, решительно наклонившись, принялась намыливать ему спину. Она терла ее изо всех сил, вкладывая в свои действия всю ярость. Но когда со спиной было покончено, Брэндон только усмехнулся.

— Это еще не все, детка. Я люблю, чтобы меня мыли с ног до головы.

— С ног до головы? — недоверчивым и слабым голосом переспросила Хэзер.

— Конечно, дорогая. Я такой лентяй!

Хэзер мысленно выругалась, понимая, что таким образом Брэндон решил отомстить ей. Лень была только предлогом, способом показать ей свою власть. Должно быть, он отлично понимал, что прикосновения к нему приводят Хэзер в бешенство, поэтому и придумал ей такое наказание.

Не скрывая своего презрения, Хэзер вновь намылила мочалку. Она терла его грудь и плечи, сгорая под его пристальным взглядом. Глаза Брэндона лениво блуждали по ее нежным рукам, длинной, изящной шее и, наконец, по груди, которая была полностью видна в глубоком вырезе кофточки.

— В деревне, на ферме твоего дяди, у тебя кто-нибудь был? — внезапно спросил он, слегка нахмурившись.

— Нет, — резко ответила Хэзер и тут же упрекнула себя за поспешность.

Морщинка на лбу Брэндона исчезла. Он провел мокрым пальцем по ее груди и улыбнулся.

— Уверен, ты разбила немало сердец.

Хэзер сердито подтянула кофточку повыше и поежилась, почувствовав, как капли воды стекают между грудей. Когда она склонилась над Брэндоном, влажная кофточка вновь открыла грудь.

— Немного, но вам незачем беспокоиться о них. Они были не такими, как вы. Это были настоящие джентльмены.

— Я ничуть не беспокоюсь, детка, — беспечно отозвался он. — Тебя бдительно охраняли.

— Да, — язвительно согласилась Хэзер, — от всех, кроме вас.

Брэндон усмехнулся и окинул ее взглядом.

— И я только рад этому, дорогая.

— По-моему, вам и сейчас нравится унижать меня! Должно быть, вы гордитесь собой!

Его усмешка была уничтожающей. — Да, я весьма доволен.