Пламя и цветок

Она попыталась читать при тусклом свете, пробивающемся сквозь засаленные занавески, затем послюнила палец и провела им по подоконнику и раме, оставляя ясный след в пыли. Закрыв книгу, она решительно поднялась и сорвала занавески. Вооружившись ведром и тряпкой, Хэзер принялась отскребать окно. Она как раз забралась на стул, чтобы дотянуться до верхнего косяка, когда в дом вошел Брэндон. Увидев жену стоящей на стуле, он не стал тратить времени на слова.

— Что это ты затеяла? — грозно спросил он, беря ее на руки и снимая со стула.

— О, Брэндон, как вы меня напугали!

— Если я снова увижу вас на этом стуле, дорогая, у вас будет еще немало причин пугаться, — предупредил он, поставив ее на ноги. — Вы приехали сюда не работать, — напомнил он, — а чтобы поддержать компанию.

Хэзер отрицательно покачала головой. — Но, Брэндон, я…

— Не спорь, Хэзер. Просто посиди и позаботься о моем сыне.

Хэзер покорно вздохнула и вновь опустилась в кресло-качалку, положив руки на подлокотники.

— Хороша компания! Вы работаете, а я должна сидеть здесь одна.

Брэндон пригладил ее волосы и поцеловал в лоб.

— Ты для меня гораздо важнее всего этого проклятого дома.

Хэзер упрямо выпятила нижнюю губу, взяла книгу и закачалась в кресле.

— Вы относитесь ко мне как к старухе.

— Этого никогда не будет, дорогая, — возразил Брэндон, — до тех пор, пока я не стану стариком.

Брэндон оставил жену за чтением, но вскоре ей это наскучило, и она стала бродить по дому. Хэзер поднялась в верхнюю комнату, где служанки отскребали и мыли пол, а двое слуг клеили новые обои, затем спустилась вниз, в кухню. Здесь еще не успели убрать грязь, и Хэзер передернуло. Разыскав веник, она принялась подметать пол, усыпанный остатками многочисленных трапез. Поднялась пыль, и Хэзер закашлялась, опасливо поглядывая на дверь и прислушиваясь к шагам в коридоре. Однако ее все-таки застали врасплох.

— Миссис Хэзер! — послышался сзади негодующий голос Хетти.

Хэзер распрямилась, бросила веник и стыдливо потупилась, заложив руки за спину. Хетти стояла, заслонив мощными плечами дверь, и укоризненно качала головой.

— Вам вредно дышать этой пылью! Да и ребенок может появиться прямо здесь, в этой грязи, если вы будете так усердствовать! — заявила негритянка. — Сейчас же позову сюда мастера Брэндона, пусть он вас образумит.

Негритянка повернулась и ушла. Хэзер поджала губы, бормоча о том, что куда вреднее смотреть на всю эту грязь, и уставилась в пол, рисуя маленькой ножкой узоры в пыли. Вошедшие Брэндон и Хетти с молчаливым упреком посмотрели на нее.

— Мадам, вы самая беспокойная особа из всех, кого я когда-либо встречал, — вздохнул Брэндон. — Мне все ясно: надо найти вам какую-нибудь работу полегче.

Он задумался, но тут со двора донесся голос Джеффа.