Хищный аленький цветочек

На паркете, неподалеку от тумбочки, сидели три мыши и с любопытством смотрели на меня круглыми черными глазками. Услышав мой визг, троица шмыгнула за кресло.

Ноги сами понесли меня в спальню к Егору. Но я не успела разбудить Бочкина, потому что, пробегая мимо входной двери, услышала деликатный стук и тихий голос Несси:

– Тяпонька, спишь? Если нет, впусти, пожалуйста.

Войдя в холл, Агнесса поинтересовалась:

– Я мирно спала, пока меня не разбудил грохот, – ответила я. – Сначала подумала, что у вас ремонт начался.

– О майн готт! Никогда не затею переделку жилплощади, – пообещала Несси. – А почему ты такая красная?

– В спальне мыши! – пискнула я. – Целых три штуки! Сидели, смеялись!

Бабушка Базиля поправила накинутую на плечи шаль.

 Последние грызуны покинули особняк во время строительства ветки метро. Это произошло, дай бог памяти, э… в середине тридцатых прошлого века… Или шестидесятых? Тебе показалось, здесь мышек нет.

– Они ушли, но пару минут назад противно хихикали. Без звука, просто рты открывали, – возразила я.

– Тебе привиделось, – стояла на своем Агнесса. – И откуда грохот? А-а-а, ты забыла выключить циклевальную машину.

Я задрожала от холода.

– Откуда она у меня? Можете везде посмотреть, ничего не найдете.

– Ну, если ты разрешаешь, я пробегусь по апартаментам, – торжественно произнесла пожилая дама. – Стоп! Сообразила! В гостевой комнате слишком громко работает телевизор.

– И демонстрирует передачу с лесопилки? – хихикнула я, распахивая дверь. – Егор! Что происходит?

– Хр-рр-дррр-гррр, – донеслось изнутри комнаты, – брр… а-а-а… фр-р…

Мы с Несси подскочили к кровати.

– Что с ним? – испугалась я. – Заболел? Он издает нечеловеческие звуки.

– Нет, деточка, твой жених шнаршен, – объявила Агнесса Эдуардовна.

– Простите, не поняла, – пробормотала я.

– Ну, шнаршен, – повторила Несси, – э… э… Как же этот глагол звучит по-русски? Вспомнила – храпит.

Оглушительный грохот снова ударил по ушам.

– Маловероятно, – ошарашенно заспорила я. – Человек не способен издавать такие рулады.

Несси склонила голову к плечу.

– Долгие годы жизни с мужем сделали из меня первоклассного борца с храпунами. Надо посвистеть, и концерт финиширует. Поверь, способ простой, но действует безотказно.

Мы с ней вдвоем стали заливаться соловьями. Минут через пять я поняла бесперспективность этого занятия.

– Может, вспомните что-нибудь еще?

– Знаю чудесный рецепт, – оживилась Несси. – У тебя найдется чеснок?

– Нет, терпеть его не могу, – ответила я. – У меня только репчатый лук на кухне.

Очутившись у разделочного столика, Агнесса Эдуардовна принялась командовать:

– Очисти одну головку, натри ее на терке, отожми сок.