Смех Циклопа

Но трое байкеров по-прежнему висят у нее на хвосте.

Мотоцикл с коляской вылетает на широкий проспект.

На спидометре 110 км/час. При постоянном риске куда-нибудь врезаться быстрее уже некуда.

Окружная. Снование между фурами. Три кляксы в ее зеркальце не растут, но и не уменьшаются в размере.

Внезапно мотоциклист с песьей головой открывает пальбу. Одна пуля свистит у нее над головой, другая раскалывает фару встречной машины, третья разбивает вдребезги драгоценность Лукреции – фотокамеру.

Она мысленно перебирает экстренные меры воздействия.

И останавливается на худшей.

«Двое за столом. Один режет пирожное на две неравные части и берет ту, что больше. Второй возмущен:

– Тебя не учили вежливости?

– А что сделал бы на моем месте ты?

– Я бы взял меньший кусок.

– Вот и не ной, ты его и получил!»

Из скетча Дариуса Возняка «По логике вещей».

Нет такого замка, который не поддался бы всесильной Лукреции Немрод.

Она толкает крышку люка и, запыхавшись, вылезает на остров.

На сей раз Исидор Каценберг не плещется с дельфинами и не медитирует, а ест перед телевизором под выпуск новостей. Звук выключен, вместо голоса ведущего над водой плывут звуки классической музыки.

Это «Нептун» из симфонии Густава Холста «Пла-неты».

На экране бригады спасателей раскапывают развалины, оставленные землетрясением, сотни скрипок из стереоколонок – подходящий аккомпанемент к картинке.

Научный журналист, как околдованный, не отрывает взгляд от страшных кадров, не желая слышать комментарий. Потом на экране возникает лидер пережившей катастрофу страны в военном мундире, яростно грозящий кулаком – вероятно, вулкану. Возможно, его проклятия адресованы министру, не позаботившемуся о мерах предосторожности, возможно, соседней страны.

– Живо! – командует Лукреция Немрод.

Заслонив от Исидора телеэкран, она жестикулирует, чтобы привлечь его внимание.

Он наклоняет голову, чтобы продолжать смотреть.

– Опять вы? – бормочет он безразличным тоном. – Вот упрямая.

Он наливает себе янтарной жидкости и жестом приказывает ей подвинуться.

– Исидор! Некогда объяснять, но…

Она подбегает к окну и видит три фары, выстроившиеся в ряд возле ее мотоцикла.

– Скорее, Исидор, они уже здесь!

– Вот еще, стану я торопиться!

– Они гонятся за мной, потому что я все узнала.

– Мне-то что до ваших мелких личных неприятностей?

– Исидор! Меня хотят убить!

Она показывает свою уничтоженную пулей камеру. Ноль впечатления.

– Без смертей не проходит дня.

– Быстрее, надо приготовиться к обороне.

– Начнем с того, что когда приходишь, принято здороваться. Или хотя бы стучаться, звонить.

– Придется придумать более замысловатый замок для этого люка.

Она никак не отдышится.

– Вы были правы насчет полночи понедельника.