Смех Циклопа

Один, два, три! Смейтесь!

Она только начинает расходиться, а Стефан Крауз уже требует прекратить.

В этот раз она добивается более эффективного торможения.

Теперь он позволяет ей смеяться долго, пока она сама не выдыхается.

– Пять минут двадцать две секунды. Если вас не прерывать, вы смеетесь более-менее естественно пять минут двадцать две секунды. Теперь вы, Исидор.

Исидор подсаживается к Стефану Краузу.

– Готовы? Внимание, на счет три. Один…

– Нельзя ли какой-нибудь анекдотец, так легче начать? – просит журналист.

– Нет, спонтанный смех – часть тренировки. Делайте как ваша подруга: начинайте и прекращайте смеяться без всякой помощи.

Журналист показывает жестом, что готов, глубоко вздыхает.

– Один, два, три… Смейтесь!

Наставник включает хронометр, и Исидор хихикает – тоненько и неубедительно.

– Что еще за ржавые шестерни? Соберитесь, Исидор. Можете мысленно рассказывать любые истории.

Исидор вспоминает анекдот, и его смех становится естественнее.

– Еще раз, вы можете! Начинаем. Один, два, три… Смейтесь!

Исидор смеется все громче, все искреннее, переходит с третьей передачи на четвертую. Он же готов воткнуть пятую, но Стефан Крауз неумолим.

Исидор притормаживает, переключается на третью, на вторую, останавливается на первой и встает.

– Прогресс налицо. Только надо научиться резко тормозить. Обоих касается: копите в голове анекдоты для ускорения смеха и печальные истории для торможения.

– Как видите, у всех нас проведена в голове невидимая черта остроумия, граница, при пересечении которой включается механический смех. Будем вместе миллиметр за миллиметром исследовать эту границу.

– Зачем? – спрашивает Лукреция.

Продюсер вскидывает брови.

– Это элемент посвящения. Вы же сами этого хотите, разве нет?

– Что ж, раз вы настаиваете… Для последнего, смертельного испытания, которым увенчается ваше посвящение.

– Мы договаривались…

– …что вы пройдете посвящение. И вы его пройдете, как все здесь.

– Это гарантия вашего посвящения. Но мы никогда не говорили, что это будет гарантией вашего выживания.

Стефан Крауз широко улыбается.

– Да вы не волнуйтесь, я ваш инструктор, мой долг – так подготовить вас к финальному испытанию, чтобы оно прошло наилучшим образом. Раз все мы здесь, значит, его можно пережить. Ради этого я подвергну вас любому наказанию, любому испытанию. Моя цель – закалить вас перед судьбоносным днем.

– Ну-ка, Лукреция, какая мысль быстрее всего лишает вас желания смеяться?

– Я обязана отвечать? Это очень личное. Эпизод травли в приюте.

– Я был свидетелем теракта.

– Отлично. Держите это в памяти, чтобы в любой момент перестать смеяться. Эти упражнения будут вам очень полезны в последующие дни. После истории будет медицина. Мы увидим, как работает смех.