Смех Циклопа

– Хорошо, я все объясню. Может, перейдем к вам, там будет поспокойнее?

– Нет, я предпочитаю здесь.

– Все козыри у вас. Согласна, ваша взяла.

– Я так не считаю. Заявиться сюда, уничтожив мой театр и убив моего брата, – это… Вы не обидитесь, если я назову это наглостью?

– Ладно, я все скажу. Грустный клоун – это не я. В убийстве вашего брата я подозреваю вас. Я здесь в поисках улик.

Он изображает огорчение.

– Как вы понимаете, мне необходимо от вас избавиться.

– На вашем месте я бы не колебалась.

Он понимающе улыбается.

– При всем том я джентльмен. Поэтому я предоставляю вам выбор. Куда выстрелить – в сердце или в голову?

– А Я ТЕБЕ ГОВОРЮ, ЧТО ТЫ НИКОГО НЕ УБЬЕШЬ!

На пороге стоит Анна Магдалена Возняк, на ней ночная рубашка в желтый цветочек.

– Что ты здесь делаешь, мама? Иди спать! Я поймал на месте преступления воровку, вот и все.

– Я все слышала, ты грозил ее убить! Эту девушку я знаю, она журналистка «Геттёр Модерн».

– Это будет преступлением, Таду.

– Прекрати, мама, все серьезно. Скоро час ночи, что понадобилось здесь в такой час журналистке? Она проникла сюда с целью ограбления и прикинулась журналисткой для рекогносцировки. Ты клюнула на ее удочку. Иди спать, я все сделаю сам.

Но мать подскакивает к сыну и хватает его за ухо. Он кривится от боли.

– Кем ты себя возомнил, Таду? Не я ли меняла тебе подгузники и десять лет укладывала тебя баиньки? Не тебе говорить матери «иди спать»!

– Мама, ты не понимаешь, чего от меня требуешь!

– Замолчи, Таду. Думаешь, я не знаю, чем ты занимаешься? Слишком долго я молчала. Все, хватит! Довольно крови, довольно мертвецов!

– Отпусти ухо, мама, больно! Может, это она убила Дариуса.

– Болтаешь что попало, лишь бы не признавать, что проштрафился! Будешь стоять на своем, придется намылить тебе язык.

– Нет, только не мыло…

Анна Магдалена хватает револьвер за дуло и кладет в карман своего халата.

Лукреция, воспользовавшись обстановкой, успевает сбежать.

За ней никто не гонится. Она покидает дворец и парк и бежит к кустам, где спрятала мотоцикл.

Она уверена, что Исидора давно след простыл, но он сидит в коляске, в шлеме, и играет на айфоне в какую-то игру.

– Я совсем заждался, – жалуется он.

– Могли бы остаться и вступить в бой! Все-таки вы трус, Исидор. Джентльмен не забирается в панцирь, как черепаха, когда женщине грозит опасность.

Он, поразмыслив, кивает головой.

– Ваша правда. А теперь, если не возражаете, давайте уедем отсюда, они обязательно бросятся за нами в погоню.

И они мчатся в ночь.

Отъехав на достаточное расстояние, Лукреция включает свою магнитолу. Звучит старый добрый «Пинк Флойд», Shine On You Crazy Diamond.