Цианид

 – Не двигайся, ладно? Мне бы хотелось контролировать ситуацию.

– Несса… – только и смог вымолвить он, совершенно не ожидав подобного поворота.

Мои руки немного дрожали, но предвкушение было сильнее. Вера в нас была сильнее. Митчелл не шевелился. Он полностью отдал мне власть и контроль, и я приступила к делу. Его дыхание сбилось, и он ухватился за стену, не сводя с меня одурманенных глаз.

– Я люблю тебя, – повторял он. И стонал. И запрокидывал голову, пытаясь отдышаться.

Митчелл вдруг отстранился так резко, что я чуть не потеряла равновесие. Мне показалось, что я сделала ему больно. Но нет – в его глазах не было боли, только блаженство.

– Я не знаю, как ты отреагируешь… Не хочу сделать что-то не так… – пробормотал он хрипло, останавливая мою ладонь.

– Я больше не в силах сдерживаться, но… Давай я продолжу сам… Ты не должна.

– Почему? – спросила я непонимающе. – Я что-то делаю не так?

– Господи, нет, ты делаешь все идеально, – сказал мне он. – Но твое лицо в опасной близости от… того, чем все закончится.

И тогда до меня дошло. Он был готов защитить меня от всего, что могло уязвить или обидеть. Он хотел, чтобы близость больше никогда не стала для меня унижением. Но не успел понять мои границы и теперь был в замешательстве.

– Ты можешь кончить на меня, – сказала я, снова ласково прикасаясь к нему. – Если я правильно тебя поняла.

– Нет, – сказала я, глядя ему прямо в глаза.

Я оценила его аккуратность и то, что он вообще озаботился этим. Дерек никогда бы не спросил. Ему бы это даже в голову не пришло.

«Можно?», «Ты не против?», «Ты хочешь?», «Тебе нравится?», «Как ты относишься к…?» – это были вопросы, присущие здоровым отношениям. И они были так же прекрасны, как здоровые отношения. И я радовалась им, как нищий обрадовался бы драгоценностям.

На этот раз мы дошли до конца. Я парила над землей, когда он излился. Радовалась, что смогла зайти так далеко.

Однажды ты проснешься с любовью своей жизни в одной постели. Вы приготовите блинчики, сварите кофе, и все будет хорошо.

Я бы хотела услышать эти слова раньше, в самые мрачные моменты жизни, потому что в этих словах – пророчество. В этих словах – энергия, которая может подпитать, когда все остальные ресурсы на исходе. Эти слова так просты, но в них так много надежды.

Послушай, ты проснешься с любовью своей жизни!

Поверь, все правда будет хорошо!

Мы проснулись в одиннадцать. Голые и счастливые в хаосе смятых простыней. Нажарили блинчиков и сварили кофе. Митчелл протянул мне банку абрикосового джема и подлил сливок в чашку. Я закончила намазывать тосты сливочным маслом. Мы сели и стали есть, глядя друг на друга влюбленными глазами. Солнце освещало всю кухню, залило стены и пол, и всю мою жизнь.