Цена свободы

А вот белая Хонда, что свернула за квартал до офиса – это твои друзья, да.

–Какие еще мои друзья? – набычился брательник.

– Пошли. Сейчас узнаешь.

Коля открыл дверь, выходя из машины. Я тоже поспешила наружу. Синхронно с нами из Гелентвагена вышли трое парней в темных костюмах шкафообразной комплекции.

– Коля, что происходит? – пискнула я, когда эти добры молодцы встали свиньей, впереди нас.

Николай шел сзади замыкающим. Он никак не среагировал на мой вопрос.

Проводив нас до приемной, шкафы и Николай остались снаружи. Секретарь Салманова пригласила войти, даже вскочила, чтобы открыть дверь.

Я сразу же увидела Кирилла за столом. Напротив него в кресле сидел парень, возможно, чуть старше Жени, что-то докладывал. Салманов встал, увидев нас, обошел стол, протянул руку брату.

– Евгений, приветствую, – вежливо поздоровался он, убирая руку, которую демонстративно проигнорировал мой братец-грубиян.

– Добрый день,– лишь ответил Женя.

– Я думаю, нам всем стоит присесть. Вов…

Кирилл мотнул головой в сторону дивана и кресел.

– Да, чего уж. Давайте по-простому, сядем на пол, закурим, – продолжал фонтанировать дерьмом брат.

– Жень, – дернула я его за рукав. – Уймись, бога ради.

– Да какого хрена мне униматься, Дар! Я ни черта не понимаю. Сначала вместо метро ты меня запихиваешь в тачку S-класса с водилой, у которого лицо Джержинского в лучшие годы. Потом эти амбалы из Гелика, и офис в Москва-Сити. А теперь я должен любезничать с мужиком, который… Кстати, я так и не понял, что это за хрен с горы, и почему он тут командует?

Женя выпалил это, нагло глядя Салманову в глаза.

– Господи… – простонала я вымученно, собираясь вступиться за брата.

Но Кирилл не взбесился и не обиделся, кажется. Он рассмеялся немного наиграно.

– Думаю, Дарина и так бы тебе рассказала, но раз уж спрашиваешь у меня…

Салманов взглянул на меня, и я чуть кивнула, давая понять, что не против. Кир, конечно, выразился без прикрас, но историю нашего знакомства в принципе сложно романтизировать.

Евгений – утрированная версия дерзости Дарины. Если она была остра на язык зачастую от волнения и страха, то ее братец просто грубиян и наглец. Очевидно, заботу сестры он воспринимал как должное. Все ее жертвы и попытки помочь Женя вряд ли оценил бы по достоинству, не зная правды. Мне стало чертовки обидно за девчонку, которая столько сделала для этого засранца, а он просто заставлял ее оправдываться. Это вместо благодарности.

– … раз уж ты спрашиваешь у меня, я скажу, как есть. Дарина бы приукрасила и сгладила, но… Меня зовут Кирилл Олегович Салманов. Я учредитель и директор холдинга «БестБрокер», а еще любовник и Хозяин Дарины. Когда тебя закрыли в СИЗО, она нашла деньги на адвоката, а вот на взятки не смогла, поэтому пошла продавать себя в рабство.