Целительница для генерала-дракона (СИ)

А с земли, да на двух ногах – только магией, причем совместными усилиями.

– Получается, все в отряде тоже драконы? – опешила я. Но шагу не сбавила.

– Главное, не проси их показать. Можешь быть неприятно удивлена последствиями.

– Мне кажется или вы попытались пошутить? – съязвила я в ответ.

Дракон хмыкнул, но развивать пошлую мысль не стал. Вместо этого очень серьезно пояснил:

– Мы не можем надолго принимать драконью форму. Да, с ней приходит могущество, сила, и неизмеримые запасы магии, но за все нужно расплачиваться. Долго удерживать ипостась невозможно – поток силы начинает выжигать тебя изнутри. Максимум полдня, как раз хватало чтобы облететь патрулируемый участок…

Эмберскейл тоскливо вздохнул и, спохватившись, добавил:

– Ты только не рассказывай об этом направо-налево. Считай, уже заступила на должность, а Немью говорит у вас, целителей, свой кодекс чести есть. О пациентах не болтать и все такое. Не знаю, насколько деревенскую знахарку можно приравнять к целителям…

– Не буду, – прервала я его, а то он меня оскорбит окончательно и уничтожит напрочь зарождающуюся симпатию.

Все-таки чтобы эффективно лечить, неплохо бы желать пациенту выздоровления, а не мучительной смерти.

– Вот и отлично, – кивнул сам себе генерал. – Никаких особых способностей у драконов нет, мы просто более восприимчивы к магии, вот и все.

– Всего-то, – согласилась я.

Но перед тем как мы продолжили увлекательную беседу, на нас снова напали.

Как и когда Эмберскейл успел поставить щит, я не заметила. Но развесистая молния ударилась о невидимую преграду, словно в стекло, расплескалась по ней и ушла в землю, не причинив нам вреда.

– Держись ближе! – хрипло скомандовал дракон, делая шаг назад.

Я подскочила и вжалась в его спину, с тревогой наблюдая за приближением сразу трех шаров. Они летели неспешно и величественно, как и предыдущие. Полные собственного достоинства, будто понимали, что уже победили.

Но что я могу, обычная деревенская знахарка без капли магии?

Только смотреть, как меня пытаются спасти, и дрожать от ужаса.

Первая заповедь при появлении шаровой молнии в моем мире – не дышать и даже не шевелиться. Проблема в том, что здесь они разумные. И не совсем молнии. А потому тактика не сработает. Меня беспрепятственно поджарят, на этом все.

Эмберскейл повел руками, и кончики пальцев засветились тем же золотом, что и шары.

А затем с его рук сорвалась россыпь мелких искр и ринулась в сторону орбисов.

Шары заметались, два увернулись, а в третьего попал основной залп.

И без того сияющее, смертельно опасное солнышко вспухло и взорвалось, так что на дороге образовалась вмятина из подтаявшего снега и рыхлой влажной земли, будто разом на этом участке наступила весна.