Целительница

Получив утвердительный ответ, коротко описал ситуацию, напомнив историю в поезде, и попросил приехать в участок. И все это… вежливо, но с намеком, так что в какой-то момент мне стало не по себе.

Нет, я точно поступила правильно, но вот последствия…

Наверное, именно это и подтолкнуло меня к дальнейшему.

Стоило следователю закончить разговор, я протянула руку к телефону. В ответ на вопросительный взгляд поднялась и четко, давая понять, что не отступлюсь, произнесла:

— Мне положен звонок.

— А разве вы… — вроде как недоуменно начал господин Варланов.

— Скорее вы, — мило улыбнулась я, намекая, что разговаривал по телефону именно он, а не и.

— Ну если настаиваете… — уже без всякой любезности произнес следователь.

Я его тону не поверила. Сидевший напротив мужчина откровенно забавлялся. Пусть и не показывал этого.

Отвечать на выпад не стала. Взяла протянутый телефон, набрала номер Андрея.

Тот откликнулся мгновенно:

— Все знаю. Жди профессора и ни о чем не беспокойся.

Подумав о том, что две мои выходки подряд Андрей может и не перенести, отключилась и заблокировала телефон, чтобы некоторые не тянули к нему руки.

Все, что мне оставалось, дождаться Данилу Евгеньевича и, как и сказал Андрей, постараться не волноваться.

Данила Евгеньевич приехал через двадцать пять минут.

Все это время я просидела в кабинете одна. Наедине со своим лежащим на столе телефоном, которым меня весьма вежливо попросили не пользоваться.

А я и не собиралась. И без него было над чем подумать. Хотя бы о так и не законченном нашем с ребятами разговоре.

Когда дверь открылась, я как раз дошла до мысли, что без приманки в истории с клубами не обойтись. Тем уродкам нужна была жертва. И если ею не стала Яна, рано или поздно появится другая девушка, которая, как и дочь профессора, будет искать утешения среди безудержного веселья ночной жизни.

— Прошу вас, господин профессор. — Следователь пропустил Данилу Евгеньевича.

Зашел следом, тут же направившись к столу. Сел, положил перед собой папку с бумагами.

— Саша? — А вот профессор так и остался стоять у двери. Назвал мое имя и замер, глядя с тревогой и волнением.

— Со мной все в порядке, Данила Евгеньевич, — вскочила я. Поежилась, не зная, как выразить то, что чувствовала.

Сожаление в той смеси, которая бурлила внутри, было, но лишь о том, что добавила Соколову проблем.

— Это хорошо. — Лишь теперь профессор сдвинулся с места. Подойдя быстрым шагом, прижал меня к себе и выдохнул. Как если бы наконец поверил, что ничего серьезного действительно не произошло. — Не кори себя. Ты все сделала правильно.

— Я уже так не думаю, — отстранившись, грустно улыбнулась я. — Неприятное место.

Место действительно было неприятным, но поступить иначе в той ситуации я не могла.