Целитель и сид

Из какой же он семьи, что ему пришлось махать кулаками? Знатные семьи предпочитали поединки на холодном оружии, а не кулачный бой. Да и сейчас он не жаловал холодное оружие.

Да, вполне возможно сделать то, что я задумала. Я начала.

Я и раньше задумывалась о том, что один и тот же метод можно использовать как во благо, так и во зло. И наоборот.

Сила Жизни может и убить. При желании я могла остановить сердце пациента или парализовать, на время или навсегда.

Сила Смерти могла служить во благо, например, при расследовании преступлений. А на войне можно поднять трупы своих солдат и снова повести их в бой.

Амулеты Суэрте предохраняли только от силы Смерти, но не от силы Жизни. Тот же просчет, что и у «советника». Думаю, этот факт скоро станет известен мастерам артефактов. Жаль, что придется лишиться такого преимущества.

Возможно, это было мелочно, но я не могла отказать себе в маленькой мести.

Суэрте должен был испытать что-то, хотя бы слегка напоминающее мои переживания от встречи с прошлым.

Я не проводила обезболивание, как поступила бы с любым другим пациентом. Суэрте ощущал, как разбухают ткани, выпрямляются хрящи, а кости возвращаются в исходное состояние.

Он беззвучно кричал на выдохе, и воздух со свистом вырывался из его легких. Я отодвинулась.

Наконец, отек спал, и я убрала руки, оценивая результат. Идеально. Я собой гордилась!

— Сейчас вы сможете говорить. Вы не будете звать стражу? — спросила я.

Я повернула ключ в замочной скважине, открывая дверь. Суэрте закашлялся, когда я «освободила» его горло.

— Что… вы со мной сделали? — прохрипел он.

— Исцелила ваш нос. Учитесь доверять людям, господин Суэрте. Так, как это было до того, как ваш нос был сломан. Отпустить, — велела я покойнику.

Суэрте освободился от захвата и недоверчиво ощупал лицо, пробежавшись длинными пальцами по идеально ровному носу.

— Не хотите поблагодарить меня? — спросила я с улыбкой, как на светском приеме.

Мне показалось, что он готов меня ударить. Когда на тебя замахиваются, это, знаете ли…

Мимо меня смазанной полосой мелькнула чья-то фигура. Я оказалась отодвинутой в сторону, а Винсан Суэрте — висящим в воздухе. Сид приподнял его за ворот, как щенка.

— Тронешь ее — и умрешь.

Я сделала шаг назад, почти физически ощутив гнев сида, нависшего над Суэрте.

— Данна, все в порядке. Он ничего мне не сделал.

Винсан Суэрте хрипел, ухватившись обеими руками за ворот камзола и силясь что-то сказать. Этак сид его совсем задушит…

— Д… дого…вор, — выдавил начальник Тайной службы.

— Она — моя. При чем здесь Договор? — уже чуть спокойнее спросил сид. Он ослабил хватку и наконец поставил Суэрте на пол.

Его? С каких это пор? Я своя собственная уже больше десяти лет, и пусть так и остается…

— Гражданка Империи, не Шиэ, — сказал Суэрте.