Цель

Не отрываясь от поцелуя, я наступаю, подталкивая ее к кровати, пока у нее не остается выбора, кроме как упасть на локти и растянуться на спине.

Я сбрасываю ее туфли, одну за другой, останавливаясь, чтобы поцеловать стройные лодыжки. Затем избавляюсь от ее укороченных шортиков, швыряя их через всю комнату, и снова тянусь за ее каблуками.

Сабрина приподнимает бровь.

– Ты наденешь их обратно?

– О да, надену. Ты понятия не имеешь, как возбуждающе выглядишь в них.

Я с легкостью обуваю в туфли ее маленькие ножки. Закончив, смотрю на Сабрину долгую-долгую минуту и поражаюсь, как мне могло так повезти. Эти длинные ноги, сладкие изгибы, мягкая оливковая кожа… Ее темные волосы веером разметались за головой, а приоткрытые алые губы соблазнительно блестят. И эти, мать их, каблуки… Боже, она моя идеальная влажная мечта.

Я встаю на колени и придвигаюсь ближе. Член снова встал, но я игнорирую его. Он может подождать пять минут, пока мы немного поиграем.

– Никак не могу осознать, какая ты красивая, – хриплю я, просовывая руку ей между ног.

Когда прикасаюсь к клитору, ее бедра резко приподнимаются с постели в ответ, вызывая мою улыбку. Одно легчайшее прикосновение, и она уже завелась. Или, может быть, это произошло, когда она делала мне минет, который достоин того, чтобы войти в историю.

Я провожу пальцем вниз по ее щелке ко входу и издаю стон, когда обнаруживаю, что она вся мокрая.

– Это моих рук дело? – бормочу я.

В ее глазах пляшут чертики.

– Прости, но нет. Я представляла Тома Харди все то время, пока отсасывала тебе.

– Брех-ня. – Я проталкиваю один палец внутрь нее, и она громко вскрикивает. – Ты точно знала, чей член у тебя во рту.

Сабрина извивается на моем пальце, и я добавляю еще один, теперь работая обоими. Глажу ее внутри, пока большой палец делает круговые движения, дразня клитор.

– Хорошо, я знала, – выдыхает она. – Кому нужно представлять кинозвезду, когда фантазия уже воплотилась в жизнь.

Будь я проклят, если моему эго это не нравится. А члену определенно нравится то, как мышцы ее киски сжимают мои пальцы. Вспоминаю, какая тугая она была в последний раз, как приятно это было, и снова забываю о том, что пытаюсь быть терпеливым.

Я со стоном развожу свободной рукой ее ноги и зарываюсь лицом туда, где хочет оказаться мой член. Когда язык касается ее, она стонет так громко, что может перебудить всех в округе. Надеюсь, снотворное ее бабушки делает свою работу, иначе нас ждет весьма неловкое вторжение.

Когда я отворачиваюсь, Сабрина разочарованно стонет. Моя борода оставила на ее коже красные точки, но эту девушку, очевидно, сейчас волнует другое. Она извивается и сводит ноги, изнемогая от желания.

– Такер, – умоляет она.

– Держись, дорогая.