Цеховик. Книга 6. Кремлевские звезды

— Эх, Галя-Галя, — качаю я головой. — Правильно попросили, честно говоря. А у нас-то он чего хочет?

— В бухгалтерию устроился.

— Как его приняли-то? Он же и на нас пытался кляузы сочинять, Курганову вон подговаривал.

— Не знаю, видать руководство не просекло ещё. Он мне сказал, что будет свою кандидатуру на место начальника КП выдвигать, вместо Кургановой, как раз.

— А он разве из комсомольского возраста не вышел ещё? — хмыкаю я.

— Не знаю, — пожимает она плечами.

Ты посмотри, наглец какой. Надо сказать директору, чтобы его перевели куда-нибудь подальше отсюда, если уволить сразу нельзя будет.

Дверь открывается, и на пороге появляется собственной персоной Снежинский.

— О, Егор Андреевич, приветствую, — говорит он, будто всё вообще нормально и он всю жизнь здесь работает.

— Здравствуйте, Эдуард Фридрикович. Признаюсь, удивлён вас видеть. Думал, что уже не встретимся.

— Ну, зачем такой пессимизм, — ехидно усмехается он. — Я к вам по делу, между прочим.

— Слушаю вас, — говорю я, но пройти и присесть не предлагаю.

— Вы когда из командировки вернулись, сегодня? Или завтрашним днём закрывать?

— Завтрашним закрывайте.

— Хорошо, понимаю. Но вы, пожалуйста, командировочное не забудьте отдать, прямо с самого утра, ладно? И проездные документы тоже. Пытаюсь порядок в этих вопросах навести, а то там такой бардак, знаете ли, особенно вот с вашими бумагами. Ну ладно, не буду вас отвлекать, занимайтесь делами комсомольскими. До свидания.

Вот змей, но ладно, решим с ним что-нибудь.

— Вот и он, — говорит Галя.

— Ладно, Галина, пёс с ним, Снежинским этим, давай, отчитывайся, рассказывай, что делала, что не делала…

Галя подробно рассказывает обо всех делах и событиях, произошедших в моё отсутствие. Заходят ещё наши ребята и я занимаюсь рабочими вопросами до самого конца рабочего дня, а потом выхожу вместе со всеми и двигаюсь к проходной. Мы сливаемся с потоком рабочих, вытекающим с фабрики после смены.

Коллектив у нас, в основном, женский. Они спешат, торопятся, отработав смену, прибежать домой и ещё там отстоять вахту у плиты, ну, и прочие дела по дому, естественно.

«Решения съезда выполним», — гласит транспарант над выходом с территории. Я иду вместе с Игорем, а Паша уже ждёт в машине снаружи, за оградой.

Мы выходим из проходной и двигаемся по большой площадке, ведущей на улицу, к рыночку. Я думаю о Новицкой. Нехорошо мы расстались и надо будет встретиться с Трыней, узнать, отнёс ли он ей букет. И деньги ещё ему отдать надо. И с Большаком поговорить, узнать, как там у него дела с Жорой. Очень бы хотелось, чтобы дело выгорело, хотя, боюсь, Жорино слово в этом вопросе решающей роли не играет.