Лукоморские царства

Они как раз носили мужскую одежду. Но, они и напоминали мужчин. Иной раз богатыри и не сразу догадывались, с кем силой мерятся. Так что это не твой вариант. Будешь в штанах, можно и одной ехать, а пока садись перед Во… тьфу, Бранко!

— Сама ведь придумала! — укорил её Волк.

— Ну и что? Сама придумала, сама забыла. Хочу творю, хочу вытворяю! — она хитро подмигнула Катерине. — Хорошо с вами, да я в город не полечу. — Жаруся подлетела поближе и к Кате и шепнула ей на ухо, — Катенька, если что, можешь меня позвать, как тогда в Эрмитаже. Довольно будет «Позолоты не надо злату», я услышу. Будь осторожна, Катюша! — Жаруся коснулась Катиной щеки и взлетела вверх, махнув всем крылом на прощание.

— Чего-то народа так набежало! — Сивка оглядывал толпу, собравшуюся перед широко открытыми крепостными воротами, когда они подъехали к городу.

Вдоль дороги тоже стояли люди, махали руками, кое-кто кланялся их небольшому отряду. Они проезжали мимо полей, деревень, и наконец, через заставы и вал въехали в городской посад, на взгляд Катерины, не сильно отличавшийся от большущей деревни окружавшей деревянную крепость. Те же сады и огороды, куры, копошащиеся вдоль заборов, и всякая домашняя живность, разве что дорога получше, да побольше домов ремесленников. Вот кузнецы, там, явно гончары, на длинных лавках сохнут горшки и крынки. И есть купеческие лавки, но уже совсем поближе ко рву, окружавшему крепость.

— Да ведь сказочница едет! Вот и набежали. Ты же видел, сколько вокруг земель затянуто туманом! А Катя уже показала себя. И сказки многие очищены, и царевич младшенький её в действии видел, и вся застава во главе с воеводой. Вон он, кстати, Никита Иваныч! Улыбается во весь рот! — Кот махнул передней лапой направо.

— Да, точно, воевода! — Катя махнула рукой и улыбнулась Никите Иванычу, обрадовавшись хоть одному знакомому лицу.

Толпа вдоль дороги приветственно зашумела. — Вроде девчонка-девчонкой, а вежливая, вон, воеводу уважила! — донеслось до Катерины.

— Ой, какая-то не такая! Я-то думала раскрасавица приедет, а тут и глянуть-то не на чо. Моя-то Дунька в сто раз краше! — чей-то визгливый голос пробился через гул толпы.

— Дак пущай твоя Дунька в туман и сходит! Мы на нее там и полюбуемся! А я вот точно знаю, что дружинники на крайней-то заставе живы-здоровы от меча ейного. Не было бы кладенца, пропали бы!

— И что ж она-то сразу все земли не очистит! Если так уж хороша! — вклинился ещё ехидный тонкий голос.