Лукоморские царства

Поджала губы, скривилась, но тут же надела маску равнодушного спокойствия.

Катерина поплыла на полу так, будто вообще не шла, а летела. К ней навстречу шагнул Тимофей, и едва дождавшись музыки, повел светлую, легкую, спокойную Катерину в танце. Она ни разу даже не посмотрела в сторону Елены. Та начала закипать. Потом, как только начался второй танец, сразу руку Катерины перехватил младший царевич. За этим с легкой улыбкой наблюдал Бранко. Потом, когда люди потянулись к столам, он, издалека поклонившись Катерине, ушел. Катерина продолжала танцевать, да так, что мало кто и есть мог, тяжело было глаза оторвать.

Елена тоже потихоньку отходила к двери и, наконец, ушла. Катя наблюдала за дверью, отвечая собеседниками, и мило улыбаясь.

Волк-Бранко прошел к гостевому дому. Вошел, закрыл за собой дверь, и услышал за спиной знакомый звук, очень напоминавший кошачье мурлыканье.

— Кот? Что ты здесь забыл? Ты же был на пиру!

— Был, да сплыл, и сюда приплыл, на сонном плоту, на высоком мосту, — котовое мурлыканье сплелось в легкие сонные сети, захватившие Волка и опутавшие его сознание.

Волк секунду постоял, покачиваясь с растерянным видом, а потом рухнул как подкошенный. С грохотом.

— Забирай! — Баюн пошире открыл дверь комнаты, откуда вылетела Жаруся и потрясла головой.

— Ты даже меня чуть не усыпил! Не перестарался? Он завтра-то проснется? Или на неделю?

— Завтра, если не добавить! — хмыкнул Баюн.

Жаруся подхватила Волка за плечи и легко оторвав его от пола, унесла в комнату, где бережно уложила на постель в углу. На перину он категорически не ложился. Перина его оскорбляла до глубины души!

В темной комнате Кот потянулся, покрутился на месте и обернулся Бранко. — Глянь! Похоже?

— Очень! Ты противоядие выпил? — заботливо уточнила Жаруся.

— А как же! Сразу как пришел. Пока ты Волка укладывала.

На улице послышались легкие шаги. Жаруся моментально порхнула в темный угол, в Кот-Бранко уселся за стол, подперев голову руками. Елена заглянула в окно, отступила на несколько шагов и закричала, не очень громко, чтобы не услышали празднующие, но для ушей Волка, очень различимо!

Кот вскочил с лавки, старательно подражая походке того, кого изображал, и распахнул дверь.

— Волк, молю, помоги мне! Я не знаю, что на меня нашло, это было как колдовство! Меня околдовали! Прошу, молю, помоги, я могу доверять только тебе! — Елена повисла на руках мнимого Бранко и пятясь, увлекала его за собой.

— Сударыня, что за бардак вы тут устраиваете? И какой я вам волк? — очень строгий, холодный и деловитый голос телохранителя сказочницы, да ещё с немалой примесью насмешки, подействовал на Елену, как ведро ледяной воды, вывернутое на голову.