Царица

Этим не удовольствовалась и усиленно протерла глаза рукой. Хм, высветившийся на экранчике адресат никуда не делся и на другой меняться не захотел. Я нажала на связь.

– Мама? – робко и недоверчиво спросила я, одновременно лихорадочно соображая: так, до моего дня рождения еще три месяца, до ее – и того больше, Новый год давно прошел… зачем она звонит?

– Привет, Регина. – Из трубки зазвучал слегка манерный, слегка скучающий, хорошо поставленный голос. Действительно мама. – Как у тебя дела? Что нового?

– Да вот, – я бросила грустный и немного виноватый взгляд на кучку праха у дорожки, – только что уничтожила садовый домик.

– Да? – оживилась мама, и великосветские интонации исчезли из ее голоса. – Это такое уродливое строение, прижатое к коттеджу? Давно пора! И во что это тебе обошлось?

– Абсолютно бесплатно, – честно призналась я и села на скамейке поудобнее, закинув ногу на ногу.

Спину пригревало послеполуденное нежное солнце, свежий ветерок приятно остужал раскрасневшиеся от переживаний щеки, во французском окне кухни мелькнул фактурный Ронн без футболки, и я начала думать, что в принципе все не так уж плохо, не следует нагнетать.

– Это прекрасно, дорогая! – воскликнула мама. – Я всегда верила в твой деловой талант! А я собралась было снести старые конюшни, они ведь все равно никому не нужны, да и лошадей там отродясь не водилось, так мне выкатили такой счет, ты не представляешь! Знаешь, что я им на это сказала?

– Что, мама? – улыбнулась я, зажмурив глаза и подставляя лицо солнечной ласке.

– Что я сама разберу эти чертовы строения по кирпичику за такие деньги, пусть мне заплатят! – с возмущением сообщила мама. – Совсем совесть потеряли! Что там за работа такая, конюшни развалить?! Они и так скоро сами рассыпятся! Да это…

– Мам, – мягко прервала я ее излияния, – что-то случилось?

– Почему ты спрашиваешь?

– Последний раз ты мне звонила под Рождество и просила по пустякам не беспокоить, – напомнила я.

Мама помолчала, похмыкала и наконец перешла к главному:

– Тебе кто-нибудь звонил?

Вопрос поставил меня в тупик:

– Что за «кто-нибудь»?

– Из родственников, – уточнила она. – Родственников отца.

– Нет, с какой стати? – удивилась я. – Ты же знаешь, я ни с кем не общаюсь, только с дядей, да и то…

– Вот о нем-то и речь! – перебила меня мама. – Он связывался с тобой?

– Нет! А что с ним? – спросила я.

– Уверена? – Мой вопрос мама проигнорировала и спросила предельно строгим тоном: – Регина, ты ничего от меня не скрываешь?

Я задумалась. Вообще-то скрываю, конечно, но явно не то, что интересует мою маму.

– В плане звонков от родни – ничего, – с чистой совестью торжественно поклялась я.

– Хм, хм, – скептически захмыкала-зафыркала мама. – В таком случае пока.