Царица

– Пока обезболить могу, – предложил тот. – Пуля вошла глубоко, придется резать, так что не здесь…

От скрутившей левую руку сильнейшей судороги я мучительно застонала. Пуля вошла глубоко?! Резать?! Да с какой стати?! С какой стати какая-то дрянь охотится на меня и моих людей и причиняет им боль?! Гнев – чистый, ясный, ничем не замутненный и ничем не останавливаемый – затопил меня, выбросил вперед руку с растопыренной пятерней. Ронн сдавленно охнул и… упс! К моей ладони прилип кусочек металла. И всего-то маленький фонтанчик крови, футболист даже сознания не потерял.

Первым пришел в себя Сташек.

– Молодец, Регина! – похвалил он, аккуратно отодвигая меня в сторону. – Теперь моя очередь.

И он склонился над Ронном, пока я в легкой туповатой задумчивости вертела в своих пальцах извлеченную пулю.

– Регина! – ко мне подошел Брэд. – Я видел «скорую» и полицию, у нас пара минут, не больше.

– Поняла. – Я кивнула и, обтерев бумажным платком, сунула пулю в кошелек. – Машина здесь? Помоги Ронну подняться.

– Я и сам могу, – раздалось сзади ворчливое, и, обернувшись, я увидела футболиста, который вставал, держась за стену. Выпрямился, немного помедлил, прислушиваясь к себе, и неуверенно улыбнулся. С его лица исчезли и бледность, и испарина.

Я торопливо сняла пиджак и перекинула качку через плечо, типа пятно завесила, так как из видимых следов происшедшего осталась только футболка, жестоко испорченная дырочкой в окружении кровавых подтеков. Однако ж Сташек не перестает меня удивлять!

– Быстрее, – поторопил нас сей феномен. – Здесь полиция, да и защита твоя больше не держится…

А! Так она все-таки была!

– Сташек! – Я настолько забылась, что сжала его локоть. – Нам нельзя в полицию.

– Я знаю, – кивнул он. – Ни о чем не беспокойся, я все улажу.

– Поезжайте! – Это он крикнул Брэду, настойчиво подталкивая меня к машине. – Я позвоню вечером.

И после этой многообещающей реплики развернулся и радостно помахал рукой:

И надо же, полицейский тут же направился к нему, как и бригада «скорой помощи» и несколько любопытных, которых не удалось разогнать. Все отвлеклись на синеглазого аполлона, и мы совершенно беспрепятственно загрузились в автомобиль.

– Он их гипнотизирует, что ли? – фыркнул Ронн, кряхтя размещаясь на заднем сиденье.

Я промолчала, сосредоточившись на том, чтобы унять левую руку, которая продолжала мелко трястись. Брэд завел мотор, и мы наконец-то отчалили, никем не удерживаемые. Кстати, мысль вернуться на работу даже не заглянула мне в голову. Закрыв глаза, я позволила себе десять минут передышки и, только подъезжая к Канинг-роуд, заметила, как неестественно прямо сидит Брэд, обеими руками настолько крепко вцепившись в руль, что побелели костяшки пальцев.