Царь горы

Ждал с тех пор, как шофер Клаудии сообщил, что телохранители не вышли на связь, а боевая группа, направленная в «The Westin Excelsior», не обнаружила ни девушки, ни ее охранников. Никого. Клаудия и телохранители вошли в отель… и растворились в воздухе. Примерно в таких выражениях обрисовал ситуацию командир группы. Бруджа выразил неудовольствие и приказал повторно прочесать здание. Командир спорить не осмелился, и масаны все еще обнюхивали стены старого отеля. Старались, выискивали. А истинный кардинал прекрасно знал, что подданные ничего не найдут. Глаза Спящего могли похитить только высококлассные маги — действия любых других противников Клаудия прочитала бы еще утром, — а они следов не оставляют. Но те, кто наблюдает за «The Westin Excelsior», должны увидеть, что барон растерян. Они этого добивались — они должны это получить. Точнее, они должны думать, что получили.

А Бруджа, в свою очередь, думал о том, что еще ни разу с начала операции не ошибся в выводах.

Чтобы предвидеть события, необязательно быть великим предсказателем. Александру приходилось сталкиваться с ситуациями, когда знание будущего не помогало, а, наоборот, мешало верной оценке. Анализ и расчет — вот на чем строится победа. Все остальное — лишь второстепенные детали.

С самого начала игры барон не сомневался, что Густав прячет в рукаве сильную карту. Луминар слишком хитер и изворотлив, чтобы вступать в открытое противостояние с владельцем Алого Безумия. Здравый смысл должен был заставить лондонца поступить иначе: или спешно сколачивать собственную коалицию, или сбежать, подобно Пабло Робене. Густав же, вопреки всему, вступил в борьбу. А потому, когда Клаудия сообщила, что не может четко предсказать действия Луминара, Бруджа понял, что лондонец разыграл свою карту: обратился за помощью к одному из Великих Домов. И получил поддержку — это доказывало похищение девушки. Причем договорился Густав не с Темным Двором — Сантьяга явно нацелился заполучить Драконьи Иглы для Захара, а с людами или чудами, и этот факт был на руку Александру. Луминар мог расплатиться за союз только одним способом: принести вассальную присягу, и теперь навы, дабы не потерять контроль над объединенной Саббат, будут вынуждены до конца поддерживать барона. Несмотря на то, что Бруджа — барон догадывался об этом — не очень устраивает комиссара в качестве лидера масанов.

Главный ход сделан. Конкурент, можно сказать, устранен — навы не простят Густаву заигрывания с другим Великим Домом, оставалось не наделать ошибок в финале.

И когда зазвонил телефон, истинный кардинал сразу же схватил трубку и выкрикнул:

Он был взвинчен и немного растерян. Он не переигрывал.

— Надеюсь, вы не сходите с ума от беспокойства? — лукаво осведомился Густав.