Труп в библиотеке

Богатство опьянило Фрэнка, он пустился в биржевые спекуляции по примеру отца. Увы, без успеха. Вкладывал деньги в надежные акции, но при невыгодной конъюнктуре. Ужасно видеть, как целое состояние утекает сквозь пальцы! И все из-за неумения… Чем глубже Фрэнк увязал, тем упрямее кидался в новые авантюры, надеясь, что они его спасут.

– Но милая, – взволнованно перебила миссис Бантри, – разве Конвей не мог вмешаться, дать сыну полезный совет?

– Фрэнка обуревала гордость, он хотел добиться успеха собственными силами. Мы скрывали свое бедственное положение. Даже после гибели Фрэнка я не призналась его отцу, что осталась почти без средств. Вы должны понять… – Она стремительно повернулась к собеседнице. – Я не могла предать моего бедного мужа! Живой Фрэнк никогда не разрешил бы этого. К тому же мистер Джефферсон долго был тяжело болен. До сих пор я не рассеиваю его иллюзию, будто я богатая женщина. Мою экономность он считает просто положительной чертой характера. Со дня гибели Фрэнка мы с Питом живем с ним и… на его счет. Так что мне не приходилось до сих пор ломать голову из-за завтрашнего дня. – Аделаида грустно покачала головой. – Мы жили одной семьей, это так. Но… поймете ли вы это? Я для него и посейчас не вдова, а жена его сына!

Миссис Бантри сочувственно кивнула:

– Иными словами, Конвей не смирился с гибелью своих близких?

– Да. Этот удивительный человек победил свое несчастье тем, что отказался его признать. Марк остается супругом Розамунды, а я женой Фрэнка – хотя их давно нет в живых. Но для отца они как бы существуют!

– Это чудо веры, – прошептала миссис Бантри.

– Мы жили так все эти годы. Но здесь… недавно… что-то сломалось во мне. Или взбунтовалось… Я не могу, не хочу постоянно думать о мертвом Фрэнке! Моя любовь, мое отчаяние – все померкло, ушло в прошлое. Это ужасно, что я так говорю? Сама себе не могу объяснить, что происходит в моей душе. Мне хотелось бы стереть прошлое, как с грифельной доски, и начать жизнь сызнова. Вернуться к той Адди, жизнерадостной, веселой, которая любила плавать, танцевать, играть в теннис. Короче, снова стать самой собой. Хьюго… вы ведь знаете Маклина? Он прекрасный человек и мечтает на мне жениться. Я долго гнала эту мысль… но сейчас задумалась серьезно. – Она слегка пожала плечами. – Возможно, Марк прав: я мало уделяла внимания Джеффу. Мои мысли были далеко. Я даже обрадовалась, когда Руби взялась развлекать его. У меня появилось больше свободы. Могло ли мне прийти в голову, что он настолько увлечется ею?!

– Как вы это приняли?

– Была чрезмерно поражена. Ну и… рассержена.

– У меня такая же реакция, – подхватила миссис Бантри. – Точь-в-точь.

– Я думала о Пите. Будущее моего мальчика целиком зависит от Джеффа.