Дипломатический труп

Это укладывается в рамки ваших договоренностей, Заур?

– Да, про семь дней говорили.

– Хорошо, Александр, опишите внешность этого прораба, который с вами разговаривал.

– Обыкновенный, – заявил парень и пожал плечами.

– Нос, глаза, форма лица?

– Обычные, – задумчиво произнес Александр. – Как у всех."

"– Может, глаза широко расставлены или близко к переносице посажены? – принялся подсказывать Крячко. – Лицо широкое или заметно узкое, вытянутое? Нос крючком, с горбинкой, курносый? Прикус, может, странный? – Крячко стал изображать людей и их манеру говорить, если выпирает нижняя челюсть или, наоборот, верхняя.

К его огромному удивлению, в разговор вмешался Заур, который при этом пренебрежительно посмотрел на своего молодого работника.

– Верхняя челюсть у него толстая, как будто выпирает, – заявил кавказец.

Гуров и Крячко переглянулись. Оба хорошо знали эту уловку преступников, знакомых с принципами изменения внешности. Такие ребята часто подкладывают под верхнюю губу нечто вроде специально изготовленной капы. Губа немного увеличивается, меняется манера произносить слова, даже голос. Да и общее впечатление о внешности этого человека сразу становится чуть иным. Отчасти из-за своеобразной формы губы. Внимание мимолетного собеседника отвлекается именно на нее. Вместе с капами иногда используются расширительные кольца в ноздрях, не говоря уже о контактных линзах, меняющих цвет глаз.

– А волосы? – с удовлетворением спросил Гуров.

– Длинные. Я уж думал, что такие сейчас не носят. Они у него в хвост сзади собраны.

– Угу. – Крячко согласно кивнул и цыкнул зубом, изображая, что высасывает хлебную крошку, попавшую в дупло. – А так он делал, такой звук издавал?

– Точно! – Заур ткнул пальцем в Станислава и даже улыбнулся. – Ай да сыщик! Значит, узнали вы его, да? Он так все время делал. Я сильно злился.

Еще примерно с полчаса сыщики задавали различные вопросы, касающиеся внешности прораба, его манеры общаться. Они почти дословно восстановили все разговоры этого типа с Александром и самим Зауром. Правда, парень мало что помнил, поэтому говорил в основном один хозяин.

– Э-э, слушай, товарищ полковник! – вдруг остановил Заур Гурова, когда они уже собирались расставаться. – Ты Муслима Магомаева помнишь? Певец такой был, умер недавно. Азербайджанец.

– Конечно, помню, – с удивлением ответил Гуров. – А при чем тут Муслим Магомаев?

– Хороший был певец, – с довольной улыбкой заметил Заур. – Какой голос! Как пел! Его мой отец любил очень, слушал, аж плакал.

– Ну-ну! Я помню его. В самом деле замечательный певец, гордость всей страны. А почему вы его вспомнили?

– Он так делал! – с улыбкой заявил Заур, сжал пальцами ноздри, отпустил и повторил эту процедуру еще пару раз.