Тротиловый эквивалент

На своих можно прикрикнуть и обойтись с ними небрежно, а тут — чужой, надо марку держать.

Я поселён в усадьбе одной богатой семьи, но не в кунацкой (это лучшая комната в доме, куда гостей определяют), а вообще в отдельном домике на две комнаты. Для полного комфорта мне выделили двух жён. Это вдовы погибших моджахедов — Зейнаб и Саният. Одной двадцать три года, другой вообще четырнадцать лет. Обе хорошенькие. Старшая греет моё ложе, а младшая, Саният, занимается по хозяйству. У меня дочь такого возраста, не смог я переступить себя и пустить её к себе под одеяло. Я хоть и мусульманин, но долгое время был советским офицером, воспитан в определённых традициях. Гнать её не стал, потому что ей попадёт за то, что не угодила высокому гостю. Просто объяснил, почему так поступаю. Странно, она мне за это вовсе не благодарна, как следовало бы ожидать, а, напротив, всё время дуется, как будто её отвергли. Хотя в данной ситуации это особого значения не имеет.

Обе мои «жены» боготворят меня и в буквальном смысле смотрят мне в рот. Не потому, что хозяин приказал, просто здесь у меня репутация, пожалуй, покруче, чем у самого Сулеймана. Я для этих людей некая мифическая фигура, надежда и опора, маэстро Смерти. Меня, кстати, этот факт вовсе не греет — я уже говорил, что особенно за славой не гонюсь, а несколько напрягает. Особенно в свете последних событий. Нохчи, при всех их положительных качествах, все поголовно страдают болезненным бахвальством. Я не встречал ни одного чеченца, который являлся бы приятным исключением. В этом они очень похожи на итальянцев. В качестве иллюстрации считаю нужным привести два отрывка из мемуаров магистров диверсионной войны: родоначальника немецких командос Отто Скорценни и чёрного принца «людей торпед» Валерио Боргези.

«...Провала операции в тот раз удалось избежать только благодаря типичной для итальянцев черты — безудержного бахвальства и желания всегда выставлять себя в наиболее выгодном свете. Не будь этого, мы бы наверняка потерпели фиаско. Потому что всё держалось в строгой секретности и каждая мелочь была продумана с пунктуальностью, более присущей немцам, и наши агенты в данном случае оказались бессильны...»

Это Отто рассказывает о том, как охотился за дуче, которого арестовал король Италии. Дуче прятали от всех и содержали в режиме крайней секретности, лучшие люди короля этим занимались.

"... За время моего отсутствия один из карабинеров охраны дуче зашёл в гости к хозяйке дома. Я осторожно направил разговор на падение режима Муссолини. Сначала солдата, казалось, совершенно не интересовала эта тема, он оживился только тогда, когда я с уверенностью предположил, что дуче наверняка уже умер. Некоторое время он крепился, я продолжал разглагольствовать на эту тему.