Тропою испытаний. Смерть меня подождет

Эта новость поразила его не меньше, чем нас весть о людоеде.

Он протягивает мне обе руки с потертыми ладонями, жилистые, в трещинках, со скрюченными пальцами. Я сжимаю их, и мы молча смотрим друг на друга. На его старческом, всегда печальном лице неловкость, будто он виноват в нашем несчастье.

На огне уже бушует чайник. Уставшие гости присаживаются к костру. Лангара достает из потки посуду, лепешки, сахар, отварное мясо. Карарбах тайком осматривает лагерь, людей, палатки, вьюки. Подолгу задерживает взгляд на незнакомых предметах снаряжения наблюдателей.

Цыбин разливает эвенкам по кружкам чай.

— Чего смотришь, голодный? — обращается ко мне старуха. — И она срезает ножом с ребра толстую стружку трехслойного жирного мяса, откусывает, остаток подает мне. — Садись, ешь, мясо сокжой шибко хорошо.

— Спасибо, неохота, — отвечаю ей. — Я вчера медведя убил.

— Ты убил медведя? — поражается старуха, недоверчиво глядит на меня. — А где мясо?

— В стланике осталось, поздно было, торопились… Это, верно, и был людоед.

— Почему ты так думаешь? Может, ошибаешься, амакан одинаковых много?

— Я его хорошо приметил. Он позавчера чуть не съел меня, спасибо Загря выручил.

— Он тебя ловил? — Она перестала жевать, смотрит на меня удивленно.

— Ловил, да не поймал.

— Ты узнал его?

— Ну конечно.

— Однако такого амакана пуля не берет. — Лангара проглотила тугой комок нежеваного мяса и, обратясь к Карарбаху, занятому едою, стала оживленно рассказывать ему о нашей встрече с людоедом."

"А я вдруг вспомнил случай в ловушке, свирепость зверя, поверил, что и Петрик, и Евтушенко, и эвенки- наверное, и Елизар Быков- были схвачены и растерзаны медведем. Это более вероятно, чем все наши предположения. Только поведение Ильи остается пока загадочным.

Карарбах внимательно выслушал Лангару. Его не обрадовала новость и даже жирное мясо убитого медведя. Он неопределенно повел плечами и недоверчиво посмотрел на меня. Разве старик поверит, что можно убить медведя, в котором поселился злой дух?!

— Он тоже говорит, ты ошибся. Такого амакана убить- все равно что Харги убить, а ты разве не знаешь, что злого духа даже пуля шамана не берет. Ты убил другой амакан.

— Нет, нет, то был людоед, я узнал его.

— Амакан все похожи один на один, только рост делает их разными.

— Говорю, людоед убит.

— Потом посмотрим.

— А ты знаешь, Лангара, мы ведь с Карарбахом когда-то встречались в Омахте. Спроси его, помнит он меня?

— Однако, ты ошибся, старик давно туда не ходит, это другой был, — говорит она, но все же спрашивает Карарбаха.

Тот всматривается в меня долгим, испытующим взглядом и отрицательно качает головою.

— Нет, он тебя не видел, иначе обязательно бы вспомнил, — категорически заявляет старуха.