Тропа желаний

Пожилые люди часто раздражаются, но не от нервов, а от боли – им просто бывает тяжело подолгу сидеть в одном положении. Так было и сейчас – Тереза чувствовала, что нога начала ныть, потом покалывать, а теперь она вовсе не могла ею пошевелить. Ей бы немного пройтись, но не хотелось пугать Альбину и Колю. Чтобы те видели, как она подволакивает ногу. Такое случалось все чаще, но Тереза это скрывала. Один раз Валя случайно увидела, как Тереза идет к дому, и причитала еще неделю: надо к врачу в город поехать, надо мази подобрать, надо то, надо се.

– Да кому угодно! Хоть вашему Коле, который покорно за нами поехал! – Альбина тоже была раздражена. Она видела, что тете Терезе плохо, но та не хочет подавать вида. Так же, как ее дедушка. Он мучился артритом, колени горели, будто их железным прутом протыкают изнутри, но дед терпел. Альбина последняя узнала, что дедушка долго страдал от нестерпимых болей из-за распространившихся на суставы метастазов.

– Коля не привык думать своим умом. И он обещал за мной присмотреть, – пожала плечами Тереза.

– А вот это вы зря. Про Колю. Он умеет думать. Про «Хонду» он знал больше, чем я, – ответила Альбина. – И когда я ему рассказала, что мы едем не пойми куда, как вы говорите, он меня поддержал.

– Хорошо, поехали. – Тереза села в машину. – А когда ничего не получится, ты отвезешь меня в нашу деревню и сама все расскажешь тете Вале, Елене и Алику, которые считают, что я могу руками развести тучи и любую беду заодно. А я не могу! Понимаешь? Не могу! Я даже свои беды не смогла решить и потеряла главного мужчину своей жизни! – воскликнула она.

Тереза расплакалась. Альбина бегала к Коле, они что-то обсуждали. Тереза смотрела в окно. Молодость – это счастье. Кажется, любая проблема разрешима, хочется верить в судьбу, знаки, провидение. Все так или иначе сложится. Но с возрастом эта вера испаряется. Ничто не работает, никакие святые не спасают. Остается лишь осознание, что ты полная дура, причем уже старая. И как так вышло, что жизнь уже прошла? Непонятно. И почему жизнь так ничему и не научила, тоже непонятно. Тереза сидела в машине и думала лишь о том, что пошла на поводу у детей, которые верили, что завтра будет лучше, чем вчера, что все проблемы решатся. А так не бывает. У нее так никогда не было. Она думала о Григории, представляла себе его сидящим на стуле. И, кроме боли, ничего не испытывала. Ни ожидания встречи, ни трепета. Она уже не хотела с ним встречаться. И ее костюм, драгоценности казались пошлыми и никчемными. Безнадежно устаревшими. Как и ее приготовления – она перемерила весь гардероб, безжалостно избавляясь от уже вышедших из моды платьев, туфель. Все было не так. И она уже была не такая, как раньше.