Тропа желаний

Ой, ты не представляешь, какое хорошее дело сделала! Когда он совсем начинал донимать малышню или бить лампочки, ломать заборы, – Сашику всегда нужно было что-то переломать и обидеть кого-нибудь, натура такая, – я ему объявляла, что вызову дядю Артура и тебя. Он тут же становился паинькой. На неделю хватало.

– А почему дедушка велел к Марии ехать? Он мне это все время твердил, чтобы я наверняка запомнила, – поинтересовалась Альбина.

– Ну, к Марии многие ездили. Она никому не отказывала, если видела, что помощь действительно нужна. Она была уважаемой, очень влиятельной женщиной. Вот точно могла любую беду руками развести. Я ее почти совсем не помню, ребенком была, – начала рассказывать тетя Эля. – У нас тогда не село было, а проходной двор. Все приезжали: и из других сел, и из города. Вон, дорога, по которой вы ехали… Еще тогда асфальтом залили, потом ремонтировали. Специально для Марии. Чтобы людям было удобно к ней добираться. Мария же и добилась того, чтобы дорогу заасфальтировали. До сих пор держится. Хорошо тогда асфальт клали, на совесть, не то что сейчас. Да что говорить, другое село у нас тогда было. Пока вокзал работал. Тут раньше станция была железнодорожная и вокзал большой, красивый. Там и кафе, и магазин, и базар неподалеку. А потом станция стала не нужна. Поезд ведь здесь стоял всего две минуты. Ну и где-то наверху решили, что незачем содержать такую станцию и поезда останавливать. Сначала пассажирские составы по другим путям стали пускать, а потом и товарные. Вокзал рушился на глазах. Теперь от него остались только здание да туалет деревянный на пригорке. Все заросло бурьяном. Это ж вроде как государственная собственность, поэтому только государство могло решить, что сделать из этого вокзала. Но мы же небольшое село, а у государства других забот хватает. Здание рушится, но медленно – хорошо тогда строили. Я стараюсь туда не ходить, по той дороге. Грустно на все это смотреть. А в детстве я любила на вокзал бегать – там в магазинчике и халва казалась вкуснее, и пирожки. Как вокзал закрыли, все под откос и пошло. Будто посыпалось одно за другим. Закрыли типографию – тоже вроде как невыгодно стало. Это ж расходы – на краску, бумагу. А потом и редакцию. Вы же видели здание, мимо проезжали. К счастью, Мария не дожила до этого времени. Раньше умерла. Не на ее глазах любимую редакцию запирали на замок. Опять же, здание – государственная собственность. Могли бы переделать подо что-то полезное. Но до нас опять руки не дошли. Так еще два умирающих здания появились. У нас тут и музыкальная школа когда-то была, я в ней училась. Очень хорошая. Тоже закрылась.