Тройняшки не по плану. Идеальный генофонд

 — Отдай трубку Марку.

— Вот ты… — фыркает она. — Поделом тебя Береснева выгнала!

В динамике что-то шелестит и грохочет. Потом слышится возмущенный шепот, обиженный такой, что я невольно усмехаюсь. Малявка, разве я не прав? Никогда серьезно ее не воспринимал, но у Марка свои предпочтения. Он трясется над ней, как одержимый.

— Адам, ты опять жену мою доводишь? — рявкает брат.

— Большой вопрос, кто кого, — парирую я. — Марк, черт, есть способы, как на клинику надавить? Я и так ее уже выкупил.

— На хрена? — хрипит от удивления.

— Отец же хотел, чтобы я бизнесом нормальным занялся, а не своими «часиками», — выхожу на улицу и прищуриваюсь от ударившего в лицо солнечного луча. — Как говорится, одним выстрелом двух зайцев.

С трудом привыкнув к яркому свету, опускаю взгляд на циферблат высокоточных швейцарских «Патек Филипп». Какая ирония судьбы: против человека, помешанного на часах, играет само время. И назад не отмотать, и не ускорить до нужного события. Так и болтаюсь посередине, скованный обстоятельствами.

— Адам, ты на нервах кучу ошибок наделаешь, — отчитывает меня Марк, будто не на три года старше, а на все тридцать. — Скажи лучше, ты анализы сдавал повторно?

Снимаю пиджак, перекладывая телефон из руки в руку, расстегиваю пуговицы на футболке поло. Но все равно жарко. Скорее бы в салон ляльки моей нырнуть — и кондиционер на максимум.

— Думаешь, это что-то вроде аттракциона невиданного удовольствия, чтобы по сто раз бегать? — тихо рычу. — Сдал, результаты получил. Врач вынес мне приговор, — распахиваю дверь красного спорткара, бросаю пиджак на сиденье. — Девчонок таскать могу, детей заводить — нет. Естественное предохранение. На контрацептивах сэкономлю. Ты же знаешь, в моем случае это даже плюс. Точно миллионером стану.

Собираюсь сесть за руль, но цепляюсь взглядом за царапины на крыле. Приближаюсь, пальцем провожу, глазам не поверив. Ну капец!

— Идиот, — летит в меня от Марка, но я всецело сосредоточен на машине.

Идеальная красная поверхность испещрена кривыми закорючками, похожими на трех человечков. Рядом — фигура побольше, но недорисована. Видимо, художника спугнули.

Руки оторву! Себе! Какого черта опять на сигнализацию поставить забыл? Мудреная система, постоянно глуплю с ней. Удивляюсь, как еще ляльку не угнали. Зато «наскальную живопись» нацарапали ключом.

Солнечный зайчик скользит по глянцу вверх, скачет по капоту и отсвечивает на листок, зажатый дворником.

«Извините, не досмотрели. Мы оплатим вам ремонт», — читаю текст и номер телефона, а потом сминаю записку.

— Почку продать придется, чтобы хватило на ремонт, — кидаю язвительно и с грустью «картинку» гипнотизирую, но каракули не исчезают от силы моей мысли.